Ртуть - Калли Харт Страница 210

— Меч выкован не из чистой стали. В нее добавлена ртуть?

Он кивнул, и в глазах его на секунду мелькнуло довольное выражение:

— Верно. Очень мало ртути. Ничтожное количество. Но именно поэтому меч откликнулся, когда ты приказала ему остановиться.

— Значит… с самого начала, еще в Зильварене, когда мне казалось, что я чувствую энергию железа, меди или золота, на самом деле со мной говорила…

Кингфишер опять кивнул:

— Ртуть. Каждый раз это была ртуть. Ее часто использовали в самых разных сплавах в те стародавние времена, когда среди нас жили алхимики и переходы между мирами были открыты. Ртуть делала любое оружие более мощным, превращая его в проводник магической энергии.

У меня голова пошла кру́гом.

— Поэтому в Зильварене так трудно было найти металлические вещи, – осенило меня. – Мадра конфисковала их. Она хотела отобрать ртуть у простого народа, потому что знала: в городе могут найтись такие люди, как я, способные взаимодействовать с этим металлом.

Кингфишер молчал, и теперь вместо него заговорил Рэн:

— В наших исторических источниках есть записи о том, что алхимики умели управлять только теми сплавами, в составе которых было не меньше пяти процентов ртути. Но даже тогда их способность влиять на ртуть ограничивалась ее трансмутацией из твердого состояния в жидкое для создания новых сплавов. Нет ни единой записи о том, что они могли заставить металлический предмет вот так разлететься на осколки, – он кивнул на остатки меча Даньи.

— Ясно. То есть получается, что я – выродок какой-то? – Я покосилась на Кингфишера. Мне хотелось, чтобы он тоже принял участие в разговоре. Несмотря на постоянную игру в кошки-мышки, которую мы вели с чувствами друг друга, я хотела знать, что́ он думает о сказанном Рэном. Но Кингфишер упорно избегал моего взгляда. Он присел на край большого стола, где были разложены военные карты, и смотрел в пол, играя желваками на скулах.

— Получается, что ты – самый могущественный алхимик из всех вошедших в анналы истории, – сказал Лоррет. – Ты можешь изменить ход войны, помочь нам сражаться так, как никто до нас не сражался. Почти все мы были детьми, когда захлопнулись переходы между планетами и алхимики начали вымирать. А некоторые из нас тогда и вовсе еще не родились. Мы даже вообразить себе не можем, как выглядело поле битвы в те времена, когда в каждом военном лагере был алхимик, неустанно кующий новое оружие, стократно усиленное магией…

— Эй-эй-эй! Я понятия не имею, как ковать оружие, усиленное магией! Я даже реликвию до сих пор не могу выковать! – Меня вдруг прошиб холодный пот. – Я пока что вообще ничего не добилась. Ни в Зимнем дворце. Ни в Калише. Эксперименты со сплавами, которые я проводила сегодня утром в кузнице лагеря, тоже оказались пустой тратой времени. Если вы еще тешите себя иллюзиями, что я каким-то чудом помогу вам победить в войне, тогда поскорее пересмотрите стратегию, пожалуйста.

— Вот! Слышали? Надеюсь, она хотя бы задницу сама себе подтереть спосо…

— Данья, клянусь семью богами, если ты не заткнешься, я собственноручно вышвырну тебя отсюда, – мрачно процедил Рэн.

Белокурая воительница отпрянула, будто получила пощечину. Губы у нее задрожали, сиреневые глаза наполнились слезами.

— Ты же не всерьез, да? – вымолвила она. – Только не ты, Рэн. Ты не можешь так запросто смириться с тем, что происходит. Не можешь их поддержать! Мы с тобой были здесь все это время, сражались бок о бок по колено в грязи и видели, как наши друзья один за другим погибают. Когда это человеческое существо родилось, мы уже сотни лет вели свою битву!