Тот, кто вырезал моё сердце - Кассиан Маринер Страница 22

— Мастер Хань! — воскликнул он, растягивая губы в фальшивой улыбке. — Какая честь! Мы не ждали вас лично. Обычно мастера присылают слуг с запросами...

— Я пришел не с запросом, Чжао, — голос Хань Шуо был спокоен, но в нем звенела сталь. — Я пришел вернуть вам ваш мусор.

Он сделал жест рукой, и я, повинуясь интуиции, шагнула вперед, протягивая Главе накладную на вчерашнюю древесину. Чжао даже не взглянул на бумагу.

— Мусор? — он картинно округлил глаза. — Помилуйте, Мастер! Мы отправили вам лучший материал, который был на складах. Дожди, распутица... поставки из южных провинций задерживаются.

— Вы отправили мне сырую сосну, пораженную грибком, — сказал Хань Шуо. — Вы надеялись, что я пущу её в дело, и через месяц Павильон Тысячи Осеней покроется плесенью. Или рухнет.

— Как можно! — всплеснул руками Чжао. — Мы все радеем за общее дело!

— Оставьте этот театр для Императора, — оборвал его Хань Шуо. — Мне нужен кедр. Выдержанный, прямослойный, который вы придерживаете для строительства беседки Советника Бая.

Лицо Чжао пошло красными пятнами.

— Тише, тише, Мастер Хань! Здесь не место для таких обвинений. Пройдемте в зал совещаний. Там нас уже ждет... куратор проекта.

Сердце мое сжалось. Куратор. Советник Бай.

Мы прошли через анфиладу комнат в малый зал заседаний. Здесь, за низким столом красного дерева, сидел человек.

Он был красив той пугающей, хищной красотой, какой обладают лисы-оборотни из легенд. Длинные черные волосы, спадающие на плечи шелковой волной, бледная кожа, тонкие губы, на которых играла полуулыбка. Он был одет в халат цвета темной фиалки, а в руке держал веер, расписанный цветущей сливой.

Советник Бай. Любимец Императора, знаток искусств и самый опасный интриган при дворе.

— А, наш гений прибыл, — промурлыкал он, не вставая. — Проходите, Хань Шуо. Садитесь. Чаю?

Хань Шуо не сел. Он остался стоять, возвышаясь над столом.

— У меня нет времени на чаепития, Бай. Я хочу знать, почему Гильдия саботирует строительство.

Бай сложил веер с резким щелчком.

— Саботаж — сильное слово. Я бы назвал это... проверкой на прочность. Император беспокоится. Вы затеяли сложнейшую конструкцию, отказавшись от проверенных методов. И вы требуете драгоценные материалы. Мы должны быть уверены, что вы справитесь.

Его взгляд скользнул по фигуре Хань Шуо и остановился на мне. Я стояла у стены, стараясь слиться с тенью. Но от взгляда Бая спрятаться было невозможно. Он смотрел на меня с любопытством коллекционера, увидевшего необычного жука.

— А это кто? — спросил он. — Тот самый слуга, из-за которого вы вчера чуть не сломали руку моему секретарю?

— Это мой ученик, — ответил Хань Шуо.

— Ученик? — Бай рассмеялся. Смех был мелодичным, но холодным. — Какой... изящный. Слишком чистенький для плотника. Подойди, мальчик.

Я замерла. Ноги приросли к полу.

— Подойди, — повторил Бай, и в его голосе прозвучали властные нотки.

Я сделала три шага вперед, не поднимая головы.

— Как тебя зовут?

— Лин И, господин.

— Подними голову.

Я медленно подняла лицо. Глаза Советника впились в мои. Он изучал меня — мой подбородок, мою шею, мои руки, сжимающие тубус.

— У тебя слишком тонкая кожа, Лин И, — тихо сказал он. — И слишком испуганные глаза. Ты больше похож на переодетую девицу из веселого дома, чем на мастерового.