Яд темной любви - Лана Ежова Страница 22

Он многозначительно замолчал и сделал шаг вперед, приблизившись настолько, что я почувствовала запах парфюма, сладко-приторный, словно переспевшие фрукты.

— Я понимаю, стать королевой – мечта любой леди. Но замужество за Альмавьером вам корону не принесет… У этого принца нет будущего.

Ага, все-таки настоящий заговорщик. Эрвин помогает Нергалу, заодно продвигая в королевы свою дочь. Мотивы понятны.

Так, сейчас кивну, мол, да, с амнезией у принца никаких шансов, и распрощаюсь. А уже дома свяжусь с полковником Кимстаром, он должен рассказать королю об этом разговоре.

— Я заметил, что вы любите топазины.

Рука Эрвина скользнула в карман плаща и вытянула длинное ожерелье из крупных синих камней.

— Я предлагаю вам руку, сердце и месторождение топазинов, леди Горейская!

Холодный воздух стал комом в горле, и я закашлялась.

— Что?..

— Станьте моей женой – и вам не придется работать в этой убогой лечебнице! Ваш дар будет сиять при дворе заохийского монарха!

Ха-ха, такое себе предложение, да еще в комплекте с Эрвином!

Изо всех сил сдерживая истинные эмоции, осторожно спросила:

— А разве вы не женаты?

— Я вдовец. – Он скорбно вздохнул. – Но мое сердце отогрелось под лучами вашей солнечной улыбки.

Ого, когда это я ему улыбалась? Тоже амнезия? Или произносит стандартные комплименты для дам?

— Что взамен?

— Небольшая помощь. Альмавьер мешает всем. Вы получите пусть не корону, но богатство и власть в Заохии, если принц однажды не проснется.

— Я целитель, я не убиваю.

— Кто говорит об убийстве? – вознегодовал островитянин и вкрадчиво уточнил: – Речь о милосердии. Целитель ведь может облегчить муки своего пациента, правильно? Поверьте, если Альмавьер не откажется от трона, его ждет нечто худшее, чем смерть.

Я вздрогнула, но постаралась не показать страха. Внутри кипела ярость. Но я не забывала, что нужно сохранять спокойствие.

Медленно подняла голову и встретила его взгляд:

— А что, если… если мне нравится принц? И ничто не заставит меня отказаться от него и уж тем более предать?

Я сказала так, чтобы прощупать Эрвина. А он воспринял это слишком серьезно.

— Тогда ты исчезнешь!

Он тряхнул ожерельем – раздался мелодичный перезвон, мне в лицо полетел сверкающий порошок и какое-то заклинание.

Зловредные чары не пробили мои щиты, а вот пыльца ослепила.

Руки Эрвина схватили меня за плечи и сильно встряхнули, так, что клацнули зубы.

— Глупая девчонка!

Я ударила его куда-то кулаком. Островитянин кхекнул и с гневом оттолкнул. Дезориентированная, я упала на тротуар, больно ударяясь локтем о каменную плиту.

— Тавис, Вердис, сюда! – крикнул Эрвин и зловеще пообещал: – Ничего, посидишь на хлебе и воде – сразу поумнеешь!

— Не посидит, – произнес твердо новый голос. – Этой леди не нужна диета.

Ничего не видя, всей кожей я ощутила, как вокруг сгустился, потяжелел воздух.

— Не лезь не в свое дело! – грубо прорычал Эрвин.

— Эта девушка под моей защитой, – произнес неизвестный тихо, но у меня почему-то побежал мороз по коже.

— Тогда ты смертник! – зло торжествуя, пообещал Эрвин.

— Все мы смертны, – философски отозвался незнакомец.

Миг тишины, а затем ее разорвал свист боевых заклинаний. Раздались удивленные ругательства заохийцев.

— Ты кто такой? – В голосе Эрвина послышался страх.