Искра - Ольга Пашнина Страница 23

— Чего это? – фыркнул парень.

— У тебя усилитель двадцать минут назад под парту укатился, а ты даже не заметил.

Я на всякий случай проверила свой – лежал возле тетради и не отсвечивал.

— Магия огня – слабая магия, это вы слышите с малых лет. Опровергать это утверждение я не собираюсь. Сложно представить что-то более жалкое, чем эта сила. Однако есть небольшой нюанс: ее мы всегда рассматриваем с позиции магий воздуха, воды и земли. Однако представим на секунду, что их не существует.

По рядам пробежался шепоток: похоже, Аронов ступил на тонкий лед. Представлять мир без всемогущих воды и воздуха здесь, наверное, почти экстремизм.

— Есть только магия огня. И способность части людей ее использовать. Некому потушить загоревшийся сухой лист. Некому развеять дым и пепел. Вы – маги огня, а люди вокруг лишь могут бегать с ведерками к речке. Ситуация меняется кардинальным образом. И даже ваша слабая магия может натворить дел. Ситуация, когда вы окажетесь в засохшем лесу в полном одиночестве и подожжете траву, конечно, маловероятна. Вы же не идиоты – думал я до того, как пришел сегодня на работу. Но раз адептка Огнева не в курсе, что на Играх Стихий делают больно, то на всякий случай и вам тоже скажу: НИКАКОЙ МАГИИ ВНЕ СТЕН ШКОЛЫ!

Мы дружно вздрогнули и поежились.

— Вот что вам нужно запомнить: никто вам не поможет. Ни один маг не вступится за вас и не спасет, если будет возможность. Можете хоть до истерики требовать соблюдать закон, это ровным счетом ничего не изменит. Пока вы адепты – вы под защитой, но выйдете с дипломами – и вы сами по себе. Поэтому ваша задача: научиться не колдовать, а выживать. На этом у меня все. За прогулы буду назначать отработки. Удачных занятий.

С этими словами Аронов, не успели мы опомниться, вылетел из лектория, и буквально в следующую секунду прозвенел звонок.

— Идем, я хочу пить! – безапелляционно сказала Элена и потащила меня в смежный зал, оказавшийся зимним садом.

Там, среди буйства зелени, огромных окон и хаотично расставленных белоснежных мраморных скульптур, были спрятаны питьевые фонтанчики. Мы устроились возле одного из них. Я смочила ладонь и приложила ко лбу.

— Он всегда такой? – спросила я. – Или это из-за дочери?

— Говорят, всегда. Может, стал чуть жестче. Но знаешь, между мучительной смертью на зачете и очень мучительной разница не так заметна. Хотя Аронов – один из немногих магов огня, которых уважают в совете. Именно он не позволил протолкнуть закон о лишении магов огня силы. Хотя…

Элена выдержала театральную паузу, чтобы я прочувствовала важность информации.

— Является сторонником этого закона.

— Из-за дочери?

— В целом. Аронов… как бы так сказать… Он считает, что магам огня будет лучше среди тех, кто магией не обладает. Они смогут работать на немагических должностях, перестанут быть магами второго сорта – а, поверь, лучше быть человеком второго сорта, чем магом. Их жизнь станет проще.

— Он не так уж не прав, – вздохнула я. – И почему тогда голосовал против?

— Лишения боятся. Ритуал работает только в теории. Многие считают, что он может привести к серьезным последствиям, и лишенные долго не проживут.

— Сложно у вас все.

— Из какой, ты сказала, деревни?

Прозвучал звонок – сигнал возвращаться в лекторий. Как раз вовремя, чтобы не отвечать на вопрос Элены и не придумывать новую ложь. В правду она все равно не поверит.