Имперский вор. Том 5 - Дмитрий Ра Страница 23

— И понятно, что теперь эти гады долго будут пакостить тихо, – заключает Лекс.

— Ничего себе тихо, – хмыкаю я.

— Имею в виду, что никаких террористических актов не будет достаточно долгое время. Теперь они будут работать иначе. Хотя исчезновение императора… не кажется мне случайным.

— Не плоди сущности, Лекс, – советую я. – Понятно, что и разлом в Кремле не случаен. Собственно, его вполне можно назвать террористическим актом.

— Да, но посуди сам. Разлом сам по себе штука довольно случайная. Я знаю, что его можно открыть в любом месте, если знать как. Но невозможно рассчитать, кто именно погибнет.

Он замолкает.

— Ну толкнуть в разлом конкретных людей тоже крайне сложно.

— Очень сложно. Особенно учитывая, что его величество всегда находится под охраной. Отец… отец не допустил бы, чтобы он оставался без защиты. Императора должны были увести из зала немедленно, понимаешь?

— Возможно, он решил остаться? – предполагаю я. И сам знаю, что говорю глупость.

Только не Александр Третий. Он слишком хорошо понимал свою значимость для страны. И не стал бы лезть на передний край.

— Невозможно, – криво улыбается Лекс. – Здесь что-то не так.

— Думаю, это выяснится. Так или иначе.

Понятно, что Лекс питает надежду, что его отец и император живы. Но… даже если предположить, что они исчезли не в разломе, – надежды нет. Если императора сумели похитить – в живых его не оставят. Как и князя Львова.

С другой стороны… на месте похитителя, желающего разделаться с династией Романовых, лично я вернул бы тело.

Хотя нет. Не вернул бы. В этом случае усилят охрану наследника и немедленно его коронуют. Особенно в такой ситуации, даже время траура сократят до минимума.

А вот если смерть императора не подтверждена…

Как там леший сказал?

«Власть – она сладкая, парень. Слаже бабы, слаже денег…»

И вряд ли для Российской империи можно придумать сейчас что-то хуже, чем драка за трон.

* * *

На пороге общежития мы буквально натыкаемся на летящего к дверям майора Зверевича.

Он останавливается, быстро жмёт нам руки и отрывисто говорит:

— Рад видеть обоих. Спешу, простите. Рад!

Я хватаю его за рукав, потому что слова тут явно бесполезны.

— Андрей Викторович! Срочно надо поговорить!

И едва удерживаю рвущегося из моего захвата майора.

— Потом, Каменский! – с досадой говорит он, вырываясь.

Но со мной этот номер не пройдёт. Только если оторвать рукав. Тем более что, посмотрев на мои действия, в штанину Зверевича вцепляется Крайт.

— Господин майор, очень нужно! Или я с вами пойду!

— Тьфу ты, пропасть! – Он перестаёт отдирать меня и трясти ногой в попытке избавиться от кота. С досадой спрашивает: – Ну?!

— У меня предложение, что делать с младшими курсами. Присядем, может? Я быстро изложу.

Зверевич возводит глаза к потолку, но быстрым шагом идёт к ближайшему диванчику в холле, падает на него и делает жест рукой: говорите, мол!

Сажусь, рядом плюхается недоумевающий Лекс.

— Господин майор, их надо чем-то занять, чтобы не шлялись по улицам.

— Возобновить занятия невозможно, – отвечает он.

— Знаю. Но можно их распределить по группам и выделить пару сержантов, чтобы тренировали. Типа готовили в патрули.

— Да где я возьму вам даже и пару сержантов!.. – взрывается Зверевич и вдруг замолкает. – Хотя…

Киваю: