Завтра я стану огнём - Евгения Александрова Страница 27

Жаль, Тавиан не показал мне этот тафл, когда вернулся из Сеттеръянга. Но не кажется, что это сложнее, чем другие игры. Я осторожно «съела» одну из белых, убедившись, что не открываю ни один из углов. Бьёрн будто бы одобрительно кивнул и продолжил методично передвигать своих, открывая королю проходы во все стороны сразу.

Стоило зазеваться, и я лишилась сначала одного из нападающих камней, затем второго. Окружила одну из белых и сняла с поля. Ставки повышались, а камней оставалось всё меньше. Судя по лицу Бьёрна, он ожидал куда более лёгкой победы.

В конце концов, белых осталось четыре. Я взяла в плен ещё одну, но тут же ойкнула: забыла про проклятого короля! Бьёрн был прав, зелёный цвет обманчиво казался безопасным, вся сосредоточенность ушла к белым и чёрным. И в тот момент, когда я «вывела» короля из игры, он сделал ход и забрал мою фишку.

— Можно переходить? – дёрнулась я отыграть всё назад, но Бьёрн уверенно забрал из моих пальцев чёрный камень.

— Увы, правила есть правила.

Какой же он гадкий! Раньше я думала, что нет никого хуже моего вредного братца, который умел выводить меня из себя за считаные мгновения. Но похоже, у него появился конкурент! Бьёрн определённо одержал бы верх и в этом состязании.

— Ладно! – Я сделала ход, умудрившись найти незадействованную фишку, и быстро переместила к белой, с наслаждением скидывая очередного врага с доски.

— Я выиграл, – скучающим голосом подвёл итог Бьёрн.

— Какого?! – воскликнула я, точь-в-точь как Хасан.

Ни один из угловых «замков» не был в опасности! Проход к одному был свободен, но там стоял один из чёрных неподалёку и… Проклятье. Он стоял на один ход вплотную к углу. Бьёрн передвинул короля так, что я не успевала окружить его, зато следующим ходом он вторым белым одновременно снимал моего защитника и преграждал дорогу моим, а королю открывал путь, и я ничего не успевала этому противопоставить.

Бьёрн поднял на меня внимательный взгляд – впервые за всю партию. На удивление, в нём не было издёвки, скорее тёплое искрящееся любопытство.

— Ещё, – потребовала я тихо, глядя из-под тени шляпы.

— Хорошо. Для первого раза не так и плохо. У вас ещё три попытки. Проиграете их – проиграете желание. Идёт?

Я перестала замечать собравшихся зевак, которые радостно галдели над душой. Весь мир сузился до небольшого ящика, коричневого куска кожи с линиями и блестящих на солнце камней.

— Справедливо, – кивнула я сдержанно, пытаясь унять колотящееся раздражение.

Вторая партия была за белых, но я умудрилась проиграть и там, позволив Бьёрну съесть слишком много белых, а потом окружить короля с трёх сторон у края, пока пробиралась к «замку».

— Ещё, – упрямо пробормотала я, больше не глядя Бьёрну в глаза.

Не хотелось видеть в них очередную насмешку или скуку от слабости соперника, пусть он катится с этой насмешкой куда подальше!

Третья партия закончилась очередным поражением, когда я снова играла за чёрных. Как он это делал, я не успела уловить, потому что начала нервничать и следила за его руками слишком внимательно, упуская очередной важный ход за отвлекающими маневрами.

Четвертая партия снова за чёрных. Я пыталась сохранять спокойствие, но теперь меня выводили из себя и зеваки-матросы, и бьющее в глаза солнце, и даже то, как напротив громко дышит – как назло – Бьёрн! Мне нестерпимо захотелось его ударить, как только он снова произнёс своим дурацким тоном: