Последняя Ветрожея - Дженнифер Адам Страница 28

Отпустив шарик света парить в нескольких шагах перед собой, девочка побежала в хлев и разбудила Лопуха. Пони фыркнул и закатил глаза, но, когда Брида набросила уздечку ему на уши, не начал негодующе мотать головой. Она не стала утруждаться и седлать его и только со второй попытки перекинула ногу и запрыгнула ему на спину.

Бархатка тихонько заржала.

— Я найду её, – пообещала Брида.

Она бросила Крапиве пару стеблей клевера.

— Если не набедокуришь, дам ещё, – сказала она козе и рысью выехала из хлева.

Крапива разок проблеяла и снова свернулась на куче соломы, блеснув глазом, когда Брида оглянулась.

Лопух навострил уши и выгнул шею, чувствуя, что Брида нервничает. Когда они вывернули из-за поворота на дорогу, ведущую в город, Бриде не пришлось просить его перейти в галоп.

Мчась вперёд, Брида направляла свой шар-светлячок из стороны в сторону, оглядывая тени. Она сама не знала, что ищет, – просто чувствовала, что следует быть настороже.

Мясник сказал, что Дэв был ранен по дороге к могильнику. Брида была там однажды, много лет назад, когда Дэв и его старшие братья схватили её и притащили к краю огромной ямы. После того случая её несколько месяцев мучили кошмары. В наказание матушка Магди заставила мальчишек нарубить дрова, починить хлев и поставить новую ограду.

От одной мысли, что придётся вернуться туда в темноте, у Бриды внутри всё завязалось мучительным узлом и дыхание спёрло в груди, но ей нужно было найти матушку Магди, а другой зацепки у неё не было.

По крайней мере, найти могильник было несложно.

Пустив Лопуха быстрым галопом, девочка обхватила ногами его широкое туловище, привстала в седле и подалась вперёд к шее, позволяя ночному ветру развевать себе волосы. Торба с травами и снадобьями хлопала её по спине при каждом шаге пони, отбивая барабанную дробь ужаса.

Они пронеслись по центру деревни, перемахнули через кустарник позади лужка и свернули на тропу, ведущую через внешние холмы. У Бриды поплыло перед глазами, когда шар-светлячок заиграл отблесками в росистой траве.

Лопух добрался до первого из холмов, поднимающихся над долиной, и замедлил шаг на подъёме.

Брида наклонилась вперёд, пуская голубой огонёк по земле, выискивая хоть какую-то зацепку: следы колёс, копыт, ног, что угодно.

Её внимание привлёк обрывок звука.

— Эгей? – окликнула она. – Матушка Магди? – Она натянула поводья, останавливая Лопуха, и прислушалась, хотя в ушах свистело её собственное прерывистое дыхание. – Эгей?

Ответа не было, и она со вздохом подобрала поводья. Но не успела она попросить Лопуха пуститься рысью, как на ветру запутался новый обрывок произнесённых шёпотом слов.

Могильник находился слева, в ложбине, приютившейся между двумя холмами. Справа их гряда поднималась к каменному гребню, увенчанному рощей согбенных кедров. Брида закрыла глаза и прислушалась. В каком направлении?..

Там. Испуганный голос.

Глаза её распахнулись. Брида повернула Лопуха вправо, и они рысью направились к кедрам. Когда они почти взобрались на гряду, она отпустила свой голубой шар-светлячок, дав ему померкнуть.

Лопух замедлил шаг, осторожно ступая среди камней. Он обогнул валун и пошёл по узкой тропе, пробираясь сквозь тени.

Брида услышала, как где-то выше по тропе щёлкнуло полено и в воздух взметнулся потрескивающий столп оранжевых искр. Она подстегнула Лопуха на излучине тропы и увидела пляшущее пламя.