История Кузькиной матери - Марьяна Брай Страница 29

Сейчас все они были открыты. Кроме них было множество чайных или даже небольших «едален», как представил мне их Тимофей.

Здание, к которому мы свернули, стояло чуть поодаль от дороги. Когда подъехали к крыльцу, я ахнула: это было здание суда!

— О! А зачем нам в суд? – почему-то шёпотом спросила я у своего помощника.

— Дак… Дмитрий Михалыч тут служит. Он главный городской нотариус! – с некоторой даже гордостью ответил мой помощник.

— Значит, ты самого главного человека вытащил из дома и привёз ночью в наш глухой угол? – уже зная ответ, всё же спросила я.

— Денег предлагал, сколько запросит, Алла Кузьминишна. Обещал и лошадку, и коляску отдать, раз уж больше ничего на руках не было. И продал бы на рынке, ежели так бы не взял. Раз вы в себя пришли, надо было постараться. Кузьку я всегда успею себе забрать, но коли шанс был с мамкой ему пожить, надо до конца биться, – мне показалось или в уголках Тимофеевых глаз блеснули слезы?

Внутри на меня пахнуло запахом бумаги, газет и сургуча. По широкой и какой-то очень уж торжественной лестнице мы поднялись на второй этаж, где Тимофей, не озираясь, не вспоминая, уверенно подошёл к одной из массивных дверей и, постучав, приоткрыл.

— О! Прибыли? Проходите! – голос нашего спасителя я теперь узнала бы из тысячи.

Кроме хозяина кабинета, а он, судя по тому, что занимал место за большим столом, был именно хозяином кабинета, в углу за скромным столиком, заложенным горками бумаг, сидел ещё один: плюгавенький, небольшого росточка господин.

Я понимала, что это, скорее всего, секретарь. Прошла за Тимофеем и присела в указанное кресло напротив его стола.

— Виктор Лукьянович, пригласите к нам майора, что прибыл по моему запросу несколько минут назад. Он сейчас на балкончике курит с господином доктором. Пусть оба придут, – не приказал, а скорее попросил Дмитрий Михалыч своего помощника, и тот торопливо вышел.

— Дмитрий Михайлович, я и подумать не могла, что вы такой пост занимаете. У вас дел, наверное, невпроворот, а тут мы, – не зная, что ещё сказать, пробормотала я.

— Ну, дел, конечно, много, да вот мои женщины меня поедом съедят, ежели всё по порядку не устрою с вашим делом. Да и сам был в ужасе, когда узнал о происходящем. Этот ваш Иван Харитонов – тот ещё уж! Не одно дело провернул благодаря своей нахрапистости и терпению. В купцы первой гильдии метит, снабжает столицу маслом, да ещё и монополию просит на доставку его в кухню Его Величества! – Дмитрий Михайлович поднял палец.

— Значит, ему сейчас этот скандал совсем не на руку? – поняв, к чему ведет мой спаситель, спросила я.

— Да, но только мы таких прощать не должны, заминать ничего не имеем права. Таких надо подальше от столицы держать, а лучше всего в кандалах.

Когда я автоматически обернулась на открывшуюся дверь, чуть не уронила нижнюю челюсть себе на грудь. Да, грудь, конечно, по сравнению с моей прежней, так себе: детский сад. Но всё же!

Тот самый секретарь как раз пропускал в кабинет мужчину в форме, который, скорее всего, и был неким майором, и второго… Вот никогда у меня не было в жизни случая, как в кино: чтобы мурашки по телу, озноб под коленками и в горле сухость. Этот доктор выглядел так, словно сошел или с иконы, или с афиши, на которой изображен Ален Делон в молодости.