Квадратное время - Павел Дмитриев Страница 30

Книгу Квадратное время - Павел Дмитриев читаем онлайн бесплатно полную версию! Чтобы начать читать не надо регистрации. Напомним, что читать онлайн вы можете не только на компьютере, но и на андроид (Android), iPhone и iPad. Приятного чтения!

Квадратное время - Павел Дмитриев читать онлайн бесплатно

Квадратное время - Павел Дмитриев - читать книгу онлайн бесплатно, автор Павел Дмитриев

Выбираться пришлось на север, в противоположную сторону болото приобретало какие-то неимоверные, уходящие за горизонт размеры. Причем вставший на моем пути микрососняк с частым вкраплением микроболот оказался настоящим квестом, движение получалось исключительно по принципу два шага вперед, один назад. Промучившись в природном лабиринте добрых часа три, я неожиданно услышал невдалеке смутно знакомую, но все ж непривычную разухабистую песню под гармонь:

Эх, винтовочка, ухнем,Эх, заветная, сама пальнет,Сама пальнет, сама пальнет,Подернем, подернем,Да ухнем. [82]

Источник обнаружился быстро: по открывшейся за кустами лесной дороге, немилосердно скрипя и подпрыгивая на камнях, шустро катились аж целых три повозки, густо обсаженные со всех сторон красноармейцами. Нелепые, выцветшие чуть не добела картузы-фуражки с мягкими матерчатыми козырьками как маячками проблескивают малиновой эмалью звездочек, мешковатые гимнастерки прячут далекие от упитанности животы, а тяжелые, измазанные в грязи ботинки видали лучшие виды. Однако на лицах самозабвенные улыбки, аж завидно, и глотки дерут так, что шишки сыплются с ветвей.

Вот только обольщаться не следует. Винтовки не сложены в телеги, они в руках бойцов, пусть не всех, но у большинства. Еще и штыки примкнуты, [83] в закатном сумраке виден тяжелый серый цвет грубо откованного металла. Или командиры и политруки успели вколотить в головы вчерашних крестьян любовь к оружию, или, что куда вероятнее, опасаются неведомого врага, причем явно не того, что ходит по лесу без обувки, ведь за все время «похода» я не встретил ни одного отпечатка медвежьей лапы. [84]

Пропустив мимо себя густое облако махорочного дыма, следующего за бойцами РККА в качестве авиационного прикрытия, я уже, было, решил забиться обратно, поглубже в чащу, как в голову стукнулась шальная мысль: не будут же они с песней переть мимо патруля или засады? Ведь наверняка остановятся перекинуться парой слов? И со встречными не разъедутся. А мне всего-то надо несколько километров отбить, из проклятущего болота вылезти!

Выждав, когда кавалькада скроется за поворотом, я обул трофейные сапоги, не дело пятнать торное место ребристыми подошвами 21-го века, аккуратно просочился на дорогу и, зажав на всякий случай в руках боевой топор, пустился неторопливой трусцой вслед удаляющемуся краснознаменному хору.

Как ни приятно чувствовать под ногами относительно ровную, утрамбованную землю, удовольствия мало: нервы напряжены до последнего предела, глаза ловят любую качнувшуюся ветку, странный кустик, мозг заранее выбирает укрытия, за которыми можно спрятаться, но самое главное – слух, ведь каждый новый куплет по сути означает лишние двадцать-тридцать шагов вперед. Не бездельничает и паранойя, она без продыху грызет душу вопросами типа: «А ну как кого-нибудь из бойцов приспичит пос…ть так, что и темный лес не напугает» или «Вдруг у замыкающей телеги отвалится колесо».

Хватило меня лишь на полчаса – именно такое время длилось непрерывное выступление бойцов. Жизнеутверждающий мотив очередной красбаллады прервался на самом романтическом месте:

Смерть в жестокой битвеЯрче и моложеЖалкого бессильяДряхлых стариков. [85]

Выяснять причину заминки я не стал, немедленно свалил на запад. Уж лучше пять километров по нетронутой тайге, чем один, но эдакой нервотрепки!

Тем более лес встретил меня как давнего друга. Для начала я в буквальном смысле упал в приличную кладку какой-то птицы, раздавив всего пару из дюжины крупных, почти куриных по размеру, но только бурых, в темно-коричневую крапинку яиц. [86] Маскировка у гнезда восьмидесятого левела, можно найти только на ощупь. Страшным самогипнотическим усилием удержался, чтобы не выпить все яйца сразу, но уже после четырех штучек жизнь заиграла совсем иными красками – наконец-то я заметил чудесные, горящие как настоящие оранжевые факелы кончики сосен, подсвеченные с севера «вроде бы» давно ушедшим за горизонт солнцем.

А затем судьба подкинула новую путеводную речушку, [87] не широкую, но и не ручей, способный потеряться в болоте. Хотя, надо признать, что данный подарок оказался на любителя. Нетронутая природа радовала шикарной рыбалкой, спокойным отдыхом, даже ночевкой у теплого костра. Вот только жалкие пятнадцать километров я продирался, другое слово не найти, аж двое суток! Основная причина задержек – скалы и каменные сыпухи, через которые приходилось искать проходы или устраивать настоящие альпинистские восхождения, причем обычно к ним прилагались опасные, зажатые в теснине пороги, не дающие и малейшего шанса пройти по реке вброд или вплавь. Хотя, однажды, видимо для разнообразия, в единственном проходе попался ельник, да такой густой, что я не смог протиснуться между ветвей, и дорогу пришлось буквально прорубать.

На утро третьего дня я не выдержал. Забрался на скалу повыше, прилег в ложбинку на вершине, что покрыта лишь серо-зеленым узором чахлого карельского мха, да прикинул дорогу напрямую туда, где буквально в нескольких километрах западнее маячили набившие оскомину озера. Хорошо хоть относительно небольшие и без явных признаков жилья по берегам.

Обольщаться последним, к счастью, не стал. На проверку местность вокруг очередного скопления озер [88] оказалась плотно изрезана многочисленными просеками, нахоженными тропинками, дорогами, вдобавок попалось рукотворное чудо: первая за все время линия телеграфных столбов. Темп пришлось снизить, осторожность удвоить, а чуть позже утроить. Не напрасно – на берегу, неожиданно открывшимся за очередным поворотом тропы, комфортно разместились трое бойцов, с увлечением давно не кормленых котов наблюдавших за полудюжиной мужиков, тягающих сети в озере. Едва ли они были в состоянии заметить меня, даже выскочи я на них бегом, но будь при них песик… Не хочется на своей шкуре выяснять качество обоняния и слуха немецкой овчарки.

Кроме следов, которые я при первой же возможности топил в попадавшихся на пути речушках, особую опасность представляли собой лысые верхушки холмов и скал. В отсутствии леса силуэт каждого, кто оказывался на гребне, становился четко виден на фоне неба чуть более чем со всей округи. Уверен, чекисты и красноармейцы, на следы которых я начал постоянно наталкиваться, прекрасно изучили эту особенность рельефа и пользовались ею для ловли бегунков. Поэтому постоянно приходилось искать проходы, кусты или переползать опасные места, укрывшись травой и ветвями.

Перейти на страницу:
Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Комментарии / Отзывы

Комментарии к книге

  1. Немцев Лавр
    Немцев Лавр 4 года назад
    Очень качественная поп-фантастика - невероятно проработанная, основанная на большом количестве источников, как всегда у Дмитриева. Хорошо сыгранные фигуры, интересные кроссы с реальными историческими личностями, неожиданные повороты сюжета. Спойлер ГГС побег из лагеря - чуть ли не путеводитель по экстремальному туризму на Кольском полуострове.) Недостаток только один - и он является продолжением достоинств: кому-то может показаться, что слишком много деталей, которые насыщают картину СССР в конце 1920-х, почти как в историческом произведении. Их удивляют упоротые комментаторы вроде Хил, которые минусуют произведение только на том основании, что им кажется, что все было "не так уж и мрачно". Кстати, его короткий пост полон искажений - и ни одного конкретного факта, опровергающего описанное в книге. В качестве примера: Спойлер == если описанное тотальное выселение и прогулы добра действительно имело место в каждой деревне, голод каким-то чудом потребовал после 1933 года несмотря на неурожаи уже не жизни крестьян и горожан? Во-первых, кто сказал, что не забрал? Увлекались, только уже не массово, и смерть формально следовала не от голода, а от сопутствующих заболеваний, вызванных общей слабостью организма. Во-вторых, был еще массовый результат после войны (как раз готовились к отмене карт) - не такой уж и большой, но счет шел на сотни тысяч погибших. В-третьих, основную массу продуктов питания колхозники создавали сами на приусадебных участках - которые им разрешалось иметь именно после начального периода захоронения и тотального обобществления с последующим массовым результатом. Создав тем самым полный и даже деградировавший аналог крепостнического строя с крепостным правом на колхозных полях и трудом (вечером и ночью) на своих землях. Ухудшилось потому, что даже самый отвратительный крепостной крестьянин давал определенное количество дней в неделю для обработки своей земли - но не колхозной, где в "благословенные сталинские времена" в летнее время каникулы. как правило, их не было. И в-четвертых, большевики-помещики совершенно не были заинтересованы в массовой гибели своих слуг. Так после перелома крестьянам хребтов в 29-33 годах их держали на зультах под ярмом, но еще и назад хватило, чтобы хоть как-то прокормиться (конечно, о полностью сбалансированном питании говорить смешно, одежду носили поколениями-я есть фото семьи моего отца, еще не самого бедного, деревенского учителя, где отец в своей лучшей одежде с отцовского плеча, а 90% крестьянских семей и мечтать не могли о "богатстве" в виде шитья машина или велосипед). == Так у Солженицына 2-3 миллиона жертв сталинских репрессий, хотелось бы понять откуда г. Хиль довел число жертв сталинских репрессий до 2-3 миллионов, если сам сразу упомянет, что только количество заключенных в лагерях в любой момент времени могло достигать 2 миллионов. А казненный? А те, кто умер от голода? А перемещенные, ссыльные и ссыльные? А избитые, изнасилованные, пропавшие без вести во время высылки и во время большого террора? А те, кого лишили имущества при коллективизации? Это ведь явная ложь - в то же время он имеет наглость обвинять Солженицына, который ясно сказал, что его расчеты (которые Хиль тоже в ложном свете) являются лишь предположениями в закрытых архивах.