Четвертое королевство - Ана Эм Страница 306

— Она не скажет. – скучающим тоном бросила Дэя.

— Они никогда не говорят. – тихо добавила Гива, она хорошо помнила, как несколько лет назад в Оринфе поймали оборотня в облике русалки. Она месяцами шпионила при дворе, прежде чем была обнаружена. Ее пару так и не удалось отследить, однако Королева все равно приняла меры и добавила в воздушный барьер дворца небольшой слой магии, который не пропускал никого, кто не был ею одобрен.

— В таком случае… – Амора подняла взгляд на Дэю, и этого было достаточно для того, чтобы оборотень начала задыхаться так, словно оказалась на дне морском.

Тео отвернулся не в силах смотреть на умирающее тельце своего племянника.

Дэмиан с Ридом переглянулись, они оба имели представление о возможной причине, по которой шпионы следили за Дэмианом, поэтому испытали облегчение, когда безжизненное тело рухнуло на пол. Уже не Шон, но молодая миниатюрная девушка. Ее глаза безжизненно уставились в потолок, а с приоткрытых губ вытекали остатки соленой воды.

Амора уставилась на тело и не могла выкинуть из головы эти жуткие слова. Они эхом разносились внутри нее, заставляя легкие сжаться, а сердце ускориться.

Ты все равно сдохнешь.

Оборотень была права.

Смерть плелась за Аморой в обоих мирах. На суше ее рано или поздно выследят, в море без медальона наверняка сожрут чудовища, а в Оринфе собственная мать скорей всего казнит за измену и побег.

— Амора? – она слышала голос сестры, но рефлекторно покачала головой, отступила назад. Легкие сжались, и воздуха вдруг стало не хватать.

Ты все равно сдохнешь.

Кулаки сжались до побелевших костяшек, она наблюдала за тем, как тело незнакомки поднимали с пола, слышала, как Гива что-то говорила, но попросту не могла сосредоточиться. Кровь застучала в висках, дыхание застряло в горле. Нужно на воздух. Нужно бежать.

Сейчас.

Сейчас.

Сейчас.

Развернувшись на месте, Амора рванула к выходу. Спустя мгновение прохладный воздух ударил в лицо, но этого было недостаточно. Она свернула к широкому высокому дереву и устремилась вперед быстрым шагом.

Почему она? Почему все это происходило с ней? Почему? Почему? Почему?

Слезы брызнули из глаз, и девушка уперлась руками в ствол, низко опустив голову.

— Д-дыши, чтоб тебя. – сквозь зубы процедила она, зажмурившись и хватая ртом воздух, точно рыба, выброшенная на берег.

Вся ее жизнь, никчемная, короткая и совершенно бессмысленная жизнь проносилась перед глазами, точно шутка какая-то.

Амора ненавидела каждое гребанное мгновение. Ненавидела все эти редкие моменты радости, что непреклонно омрачались наказаниями и болью. Ненавидела себя за то, что желала этой глупой радости, этой чертовой свободы и пресловутой любви. Ненавидела весь Оринф за то, что он все это презирал, и мать, которая каждым своим словом толкала Амору все дальше и дальше ко дну.

Она ненавидела и вдруг…

Ты красивая.

Да, знаю, милой тебя чаще всего не назовешь. Невыносимой и дикой, да. Но иногда ты и милой можешь быть. В особенности, когда не пытаешься бороться со мной.

Она резко втянула ртом воздух.

Пока ты не лишила меня своего голоса, я и не думал, что можно так сильно желать кого-то – чей-то голос, чьи-то слова, чьи-то мысли.

Она сделала еще глоток ночного воздуха, затем и еще, и еще. Насекомые трещали в траве, а откуда-то издалека доносился городской шум улиц.