Имперский вор. Том 6 - Дмитрий Ра Страница 33

— Вы говорите о личной вражде? – уточняет Лекс. – Или это относится и к государственным преступникам, например?

— Хороший вопрос, Алексей Николаевич, – кивает Дориан. – Вполне логичный от сына главы службы государственной безопасности. Стандартная пелена незаметности подразумевает только личных врагов. Но если адепт искренне стремится к возвышению в глазах бога, проводит через свою жизнь принципы и волю божества, которому поклоняется, то пелена затрагивает все сферы его жизни.

— Интересно, – задумчиво говорит Палей.

— Что же касается тех, кто не просто проявил желание возвыситься, но исполняет все необходимые обряды и обращает в веру других людей… О, такие адепты становятся жрецами! – заливается Дориан. – И тогда бонусы умножаются многократно, ведь пелена незаметности – лишь малая часть того, что…

Твою ж мать, да он мне тут сейчас всех обратит. В свою веру. Вон у Шаха уже глаза загорелись.

— Достаточно, мы поняли, – обрываю наглую божественную вербовку. – Продолжай о деле, будь любезен.

И скажи спасибо, что я с тобой так вежлив. Это только потому, что не хочу никого посвящать в некоторые подробности наших отношений.

— Оу, господа! Прошу простить, я увлёкся, – благостно улыбается хитрозадый бог. – Просто увидел интерес и решил подробно объяснить суть дела.

Угу. Просто.

— А теперь, значит, ты с моим Димой связь разорвал и пелену незаметности снял, так, что ли? – гудит сверху домовой, которого с момента появления Дориана не видно.

— Я не снимал, господин хранитель, – отказывается Дориан. – Она развеялась при разрыве связи. – Он разводит руками. – Увы, это неизбежно. И я вас предупреждал.

— Только не сказал, о чём именно предупреждаешь, – хмыкаю я. – Ладно, с этим позже. То есть после того, как Дмитрий от тебя отделался, все его накопившиеся враги сразу решили с ним разделаться. Правильно я понял?

Дориан медлит с ответом. Явно что-то обдумывает. Постукивает пальцами о подлокотник кресла. И наконец рожает:

— Не разделаться, я полагаю. Такой человек полезнее живым. Да и нет у вашего товарища врагов.

Такой человек полезнее живым…

Очень интересная фраза.

— Как же нет врагов, если заперли его? – возмущается домовой. – Точно вам говорю: заперли в неведомом месте!

Дориан напоминает:

— Не только на врагов работала пелена незаметности. Ещё на тех, кто замышлял дурное.

— Друзья и не замышляют! Ты кота-то за яйца не тяни! – психует домовой. – Говори, что знаешь, раз уж начал. Так и знал я, что добра от тебя не будет! И воспитан вон хреново…

Шах начинает ржать – тихонько так, в кулак. Не иначе представил, как бог торговли кладёт плитку в Токсиновом туалете… Кстати, а вот кто кого заломает – местная нечисть слабенького божка или наоборот, было бы интересно выяснить.

Ладно, проверять не будем. Хотя любопытно.

— Все успокоились, – командую я. – Господин хранитель, ваш гость просто привык изъясняться витиевато и метафорично. Простите его. Дориан, давай конкретнее. Что ты знаешь о врагах Токсина… то есть Дмитрия. Ну или о тех, кто против него замышлял.

— Поскольку я занимался делами Дмитрия как своего адепта, – спокойно отвечает Дориан, – то могу с уверенностью предполагать, что это некий господин, не являющийся подданным Российской империи. Причём сам господин, а не организация, в которой он состоит.