Танго с демоном: Танго нуэво. Танго верано. Танго эсценарида - Галина Гончарова Страница 339

Мерседес фыркнула, хотя Мальдонадо и был недалек от истины. Не покусали, а съели, но откуда это знать Рамону Амадо Бустосу?

— Мединцам на несколько лет нужен режим… благоприятствования. Чтобы восстановилась демонесса, чтобы они набрали новую… паству, скажем так. Чтобы передохнуть и составить новые планы с учетом ситуации. Для этого им нужно, чтобы власти их не травили.

— Умный мужчина, – одобрительно поглядела Конни.

— С другой стороны, есть желающий сесть на трон. Это явно не наследный принц и явно не его сыновья. Тем не надо жениться на Мерседес. Прости, детка, ты прелесть, но у них прав и без тебя хватает.

— Я знаю, – Мерседес и не обижалась. – Это или побочная линия, или какой-то бастард…

— Бастард у нас только один, и он женат. Там без вариантов.

— Да и пусть его, – отмахнулась Мерседес. – Значит, не он. Вот и все.

— Или он, только жену отравит, – тан МАльдонадо и это учитывал. – Для мужчины срок траура не такой строгий. Итак, у нашего Прынца, назовем его так, есть желание сесть на трон. Но нет возможности. И он начинает ее искать. И натыкается на мединцев. Как уж они нашли друг друга, кто его знает, но по факту – вот. И он получает себе несколько плюсов сразу. Ему не надо никого убивать – за него это сделают. Ему нужны союзники? На первом этапе они у него будут! Мединец ведь сильнее и опаснее обычного человека. А если еще и демонесса вернется…

— Кошмар! – схватилась за виски Мерседес.

— А для полной легитимности еще и ты, девочка. Внучка Аурелио Августина. Признанная.

То, что сказала Мерседес о дедушке, одобрила даже Консепсьон. А чего он расплодился не ко времени и не к месту… думать надо, а не гулять, где дают и предлагают! Или хотя бы предохраняться!

— На каком-то этапе интересы двух групп совпали. Сядь мерзавец на трон, обеспечил бы мединцам спокойную жизнь на несколько лет. А дальше им и не нужно будет, они сами справятся. Вон сколько лет сидели тихо, какую паутину сплели! Чуть-чуть не хватило для последнего рывка.

Херардо, конечно, не должен был знать о таких подробностях. Но… шила в мешке не утаишь. Мединцев объявили государственной тайной, засекретили, пообещали оторвать языки за разглашение секрета – то есть примерно через десять дней о них в подробностях знала вся Астилия. Чего не узнали, то присочинили.

— Правильно мыслите, тан, – подбодрила Конни. – Мы с Джинни примерно так и думали.

— Вот. Но в таких делах доверия нет. Ни у кого и ни к кому. Подозреваю, что именно ваша подруга стронула лавину.

— Как?

— Украла драгоценности.

— Хммм?

— Пошел последний отсчет. У всех нервы на пределе. И тут у твоего отца, детка, из сейфа пропадают дорогие украшения. Кстати – на твою мать никто не подумал.

— Почему?

— Потому что Джинни показывала всем именно то, что они хотят видеть. Наверное, настоящей она была только здесь. А так… послушная дочь – для матери. Послушная жена – для мужа. Невестка, мать…

— Матерью она оказалась не слишком хорошей, – едко бросила Мерче.

Консепсьон нахмурилась. Херардо качнул головой.

— Не суди о том, чего не понимаешь. Подумай сама, она жила в постоянном страхе перед разоблачением, под постоянным давлением со всех сторон, и все равно планировала взять вас, уехать, начать нормальную жизнь. Не одна сбежать, с детьми. Чтобы вы не отвечали за ее грехи.