Наказана с наслаждением - Кира Эро Страница 36

Он кончил глубоко внутри, не спрашивая, не предупреждая, помечая меня самым первобытным способом. Остался в этой позиции несколько секунд, тяжело дыша мне в шею, и я чувствовала биение его сердца, синхронизирующееся с моим.

Единое целое.

В этот момент мы — единое целое.

И это пугает больше, чем всё остальное.

Он вышел медленно, и я почувствовала пустоту — физическую и эмоциональную. Отступил, оглядывая меня с той же собственнической удовлетворённостью, что и раньше.

— Красиво, — повторил он, застёгивая брюки. — Особенно когда понимаешь, что это принадлежит мне.

Я соскользнула со стола на ватных ногах, пытаясь собрать остатки одежды. Платье было безнадёжно испорчено — помятое, с оторванной застёжкой. Я попыталась натянуть его обратно, но ткань не держалась, сползая с плеч.

Паника вернулась с удвоенной силой.

— Я не могу вернуться в зал в таком виде, — прошептала я, чувствуя, как начинается истерика. — Все поймут… Келен увидит…

Он поправил платье на мне как мог, но результат был плачевным. Всё равно видно — помятость, отсутствие застёжки, размазанный макияж.

— Возвращайся в зал, — произнёс он, открывая дверь. — Через полчаса. Пусть гости немного поволнуются.

Он вышел первым, не оглядываясь, оставляя меня одну в этой комнате, пропахшей сексом и разрушенными иллюзиями.

Тридцать минут — это вечность, когда сидишь в пустой комнате, пытаясь привести себя в порядок подручными средствами. Я нашла салфетки в ящике стола, вытерла размазанную косметику, попыталась причесаться пальцами. Платье… что ж, с платьем ничего не поделаешь. Оно выглядело так, будто побывало в центре урагана.

Или страстного секса.

Что, в общем-то, правда.

Я вернулась в зал, стараясь держаться уверенно, но первые же взгляды показали — все видят. Гости перешёптывались, прикрывая рты ладонями, кидая любопытные, осуждающие, скандально заинтересованные взгляды.

Сплетни.

К утру весь город будет обсуждать, что случилось с невестой героя гвардии.

Келен увидел меня и застыл. На его лице промелькнуло непонимание, затем беспокойство, затем что-то похожее на подозрение.

Он подошёл быстро, взял за руку, отвёл в сторону.

— Где ты была? — спросил он тихо, но в голосе звучала сталь. — Рен, что произошло? Ты выглядишь…

Он замолчал, не в силах подобрать слова, но я видела их в его глазах.

Растрёпанной.

Помятой.

Как будто только что вышла с любовного свидания.

— Мне стало плохо, — соврала я, и голос дрожал так убедительно, что почти поверила сама. — Пошла подышать воздухом, споткнулась на ступеньках, упала… Платье зацепилось… Прости, я испортила вечер.

Он смотрел на меня долго, изучающе, и я видела борьбу в его глазах — желание поверить против инстинктов, которые кричали, что что-то не так.

— Может, пора домой? — предложил он наконец. — Ты устала. Это был долгий день.

Я кивнула, благодарная за возможность сбежать.

Мы начали прощаться с гостями, и тут я почувствовала взгляд. Обернулась и встретилась глазами с Кьяртаном.

Он стоял у колонны, держа бокал и улыбаясь — широко, торжествующе, абсолютно довольный собой. Поднял бокал в ироничном тосте, и губы беззвучно произнесли:

«До следующего раза, охотница».