Как достать Кощея - Ольга Пашнина,Анна Одувалова Страница 38

Я фыркнула в миску с вишневой начинкой, а когда закончила, потрепала Баюна за ухом.

— Балбес ты, хоть и кот ученый. Все, иди давай, корзинку тащи. Сейчас пирожки поспеют. Пока горяченькие, полотенцем оберну, Кощею отнесешь. Извинишься еще раз, понял? Лично! Про бабушкины козни расскажешь и честно-честно пообещаешь больше так не пакостничать, понятно? Хватит уже с соседями враждовать!

Делать Баюну было нечего: котик и впрямь провинился. Так что, как бы ни пытался он избежать встречи с Кощеем, ничего у него не получалось. Извиниться надобно было. Мы ему и яйца тварей неведомых подкинули, и колобками издевались, и даже…

Я быстро отбросила мысли дурные и, продолжая напевать, собрала для Кощея корзинку – любо-дорого посмотреть! Яблочки наливные, краснющие, пирожки румяные, жаром пышущие, медовухи холодной на мяте – целый кувшин! Да я бы за такие дары все на свете простила, что уж говорить о шалостях невинных. А Кощей вон уж которую неделю держался да на порог нас не пускал.

Снаряжала Баюна будто не в гости, а на эшафот. Понуро голову повесив да корзинку в лапах сжав, Баюн побрел к выходу. Даже жалко его стало. Но кто дел натворил – тот и прощения у соседей просит. Пусть скажет спасибо, что за бабушкины интриги я его цепи златой не лишила.

Отправив посыльного к соседу, я взяла еще теплый пирожок, налила чайку травяного и отправилась на излюбленное место отдыха: балкон своего терема. Полной грудью вдохнула свежий аромат леса, откусила кусочек пирожка и с наслаждением зажмурилась.

Красота! Лепота!

БАБАХ!

Тыр-тыр-тыр-тыр…

Звуков вокруг внезапно стало так много, что рука от неожиданности дрогнула да чай расплескала.

Открыв глаза, я увидела, как прямиком через мой чудесный палисадник мчится здоровенная неповоротливая копалка самоходная. В городе такие экскаватором называют, а у нас в сказочном лесу – чудищем железным! Вон, Алеша Попович уже через чащу несется с мечом наизготовку. И Баюн на сосне сидит. Испугался, бедолага.

Но что самое странное, это что следом за экскаватором радостно несся Енисей, размахивая какими-то бумажками. Правда, меня завидев, королевич посмурнел да остановился.

Ну, я ему сейчас устрою!

— Ты что творишь?!

Я вылетела из терема, потрясая для пущей суровости топором, который как раз кстати забыла намедни Аленка. Аргумент уже однажды против королевича сработал, вдруг по старой памяти и на этот раз остановит?

— Не сердись, Василиса! Нечаянно мы твои грядки помяли, все восстановим. Рабочие мои – дураки! Сказано им: копать, они и едут копать, по сторонам не глядя.

— Вот сейчас тебе могилу заодно и выкопают! – мрачно пообещала я. – Что ты здесь удумал, признавайся! Кто разрешил?

Енисей ничуть не смутился и даже глянул на меня как-то подозрительно, не то торжествующе, не то снисходительно.

— Удумал я здесь курорт, каких даже заграница не видывала! Инклюзивный… Инвазивный… Самоизоляционный… блин, слово такое мудреное, ненашенское, совсем забыл!

Он покопался в бумагах.

— Алинклюзив, во! Это когда народ честной на курорт приезжает, а ему и баньку, и пирожки, и наливочек изобилие, и баб…

Енисей осекся.

— Что, и баб тоже ты придумал?

— Не, Кощей подсказал. Говорит, без баб алинклюзива не бывает.

— А еще его не бывает там, где коты разговаривают, козлы в настоящих козлов превращаются и мавки ночами наливочки дегустируют. Енисей, ты совсем дурак? Какой еще курорт? Мы сказочный лес от всего мира храним! Последний островок чистой магии!