Полоса препятствий для одержимых - 1 - Екатерина Ильинская Страница 38

Он остановился в двух шагах, не нарушая приличного расстояния, и его взгляд скользнул по мне оценивающе, но не дерзко, скорее проверяя, нет ли ран.

Я открыла рот. Закрыла. Щёки вспыхнули. Язык отказался повиноваться. В душе всё словно онемело от особенности этого момента. В голове звенела всего одна мысль: «Меня спас сам принц Лан Чжун! Да я теперь всегда буду гулять по тёмным переулкам незнакомых городов, лишь бы он меня спасал!»

Лан Чжун смотрел на меня, вежливо, но как на незнакомку. Ни тени воспоминания о той девочке за гуцинем. Конечно, откуда? Для него я была просто одной из многих учениц, мелькнувших и исчезнувших. Столько лет прошло, да и виделись мы мельком. Но сердце всё равно сжималось от восторга и самое чуточку от боли и собственной незначительности.

А потом медовые глаза прищурились.

— Глаза... сине-голубые, как лазурь Небесного Озера. Вы из клана Линьяо?

Я отмерла, выдохнула и сделала неуклюжий поклон, чуть не наступив на полы собственного ханьфу.

— Ш-шуин из Школы Девяти Напевов, ветвь Линьяо, великий господин Лан! Благодарю за спасение... позвольте подарить вам саше в знак признательности.

Дрожащими пальцами я сняла с пояса мешочек с ароматными травами. Сиреневый шёлк для него мне подарила одна из старших учениц за то, что я помогла ей восстановить старые свитки с полузабытыми мелодиями. Внутри лежали сушёные лепестки хризантемы, мята и немного сандала. Дар был скромный, но вышитый собственноручно и пропитанный моей ци. Ещё той, светлой. Я вложила в вышивку несколько месяцев стараний — каждый стежок ложился ровно, каждый лепесток на вышитой ветке сливы был похож на настоящий. Это было лучшее, что у меня было. Протянула спасителю, жалея, что не ношу никаких подвесок. Только это саше и было со мной из личных вещей.

Лан Чжун бережно взял мой дар, наши пальцы на миг соприкоснулись, внутри всё задрожало от восторга, а от счастливого визга и обморока спасла только боязнь выглядеть слишком глупо. А потом он улыбнулся. Той самой улыбкой.

— Шуин... Постойте, я вас помню.

Эти слова прозвучали как самая сладкая мелодия. Я замерла, боясь дышать, боясь, что если сделаю вдох, то это чудесное мгновение рассыплется, как сон.

— Вы играли на гуцине в зале Школы музыки при Императорском дворе, пять или шесть лет назад. Мелодия вызывала... трогательные чувства. Вы изменились. — Взгляд скользнул по моим побелевшим волосам, но быстро вернулся к лицу. — Всё ещё учитесь там?

Волна радости заглуши все горести последних дней. Я чуть не задохнулась от счастья. Помнит! Он помнит! Шесть лет прошло, а он помнит ту дурацкую мелодию, которую я пыталась сыграть!

— Да... то есть нет… То есть я… — Мысли никак не удавалось собрать в кучу, но я старалась как могла. — Начала практиковать пусть заклинателя. Меня приняли в Школу Девяти Напевов. Правда, теперь я предпочитаю флейту, господин, — выдавила, краснея ещё сильнее.

И тут же поняла, что сказала глупость. Зачем я это произнесла? Какая разница, что я предпочитаю?

— А где же ваша флейта? — спросил принц, с улыбкой оглядывая меня. Его взгляд задержался на моём поясе, где явно не было никаких флейт.

Проклятье! Именно сейчас, когда флейта была бы крайне уместна… Демон её забрал!

Ненависть всколыхнулась в душе, как мутная вода, пришлось сделать усилие, чтобы успокоиться. Я глубоко вздохнула, пытаясь прогнать горечь. Не хватало ещё при принце думать об этом гадком демоне.