Танго с демоном: Танго нуэво. Танго верано. Танго эсценарида - Галина Гончарова Страница 383

Призрачная змея снова затрепетала языком. Кажется, оно так смеялось.

— Бери. Мертвым безразлично. Можешь потом не приносить.

Ленора качнула головой.

— Мне только узнать, что и откуда взялось.

— А еще хорошо бы знать, кто отравил деда. Отец, а ты раньше у него этот талисман видел?

— Не помню, – схватился за голову Хоселиус. – Довольно! Голова у меня кругом идет!

Молодежь переглянулась.

Ладно-ладно, со своей головой его величество пусть сам разбирается. А у них другая задача. И Ленора спрятала жемчужину в карман.

* * *

Наверху их уже ждали. И вглядывались… жадно так, пристально.

Ничего не нашли и, кажется, расстроились. Хоселиус взмахнул рукой.

— Все в порядке. Продолжаем…

И епископ первый затянул молитву.

Все уже расписано, все отработано. После выхода из подземелья начинается вторая часть церемонии – светская.

Его высочество проследует во дворец, где и останется до завтра, со всей семьей. Сегодня они оплакивают короля, молятся и вспоминают его. Вспоминают, а не поминают. Впереди молитвенное бдение, а не застолье с выпивкой.

А уж завтра – коронация.

Хоселиус шел по улицам Римана пешком, в полном молчании, разве что колокола время от времени звонили, и чувствовал себя удивительно несчастным.

Отца отравили.

Амулет какой-то… кто его знает, что там такое?

Положиться не на кого. Разве что сын и племянница… и то! Насколько он может им доверять? Хотя кому еще доверять-то? Остальные даже не пошли с ним в склеп, им было безразлично…

Хоселиус искренне мечтал добраться до дворца, принять снотворное и уснуть.

Или просто уснуть – ночное бдение у гроба отца бодрости не прибавляло. А мысль о том, что отец его мог вообще загрызть…

Вот ведь сволочи!

Кто мог дать отцу яд?!

КТО?!

Это ведь свои, близкие… они рядом, и как же страшно это осознавать. Что ТАКОЕ – рядом!

Как страшно жить на этом свете!

* * *

— Рука моей внучки? Тан, вы с ума сошли?!

Херардо Диас Мальдонадо даже не смутился, глядя на чету Веласкесов.

— Да, рука вашей внучки. Мерседес Вирджинии Веласкес. Что в этом такого? Я же ее не в любовницы зову!

— Да лучше бы в любовницы! – вырвалось у Иданы Мерседес. А что?!

Любовница – это на месяц-два, натешатся, да и ладно! А тут что?! Вся судьба сломана! Замуж за старика! Ладно бы родители силком выдавали, так нет! Сама голову в петлю сует!

— Не лучше, – обиделся Херардо. – Я понимаю, что обо мне ходит много слухов, но я богат, моя жена не будет бедствовать…

— А ваши дети?

— Если у нас с Мерче будут дети, моих денег хватит и им. И внукам.

Гонсало Самуэль Веласкес покачал головой.

— Не знаю. Поймите, тан, мне бы хотелось счастья для внучки.

— Тогда соглашайтесь на наш брак, – тихо сказала Мерседес. – Мы будем счастливы вместе, я это точно знаю.

— И сколько вы будете счастливы?! – взорвалась любящая бабушка. – Год?! Два?! Тебе будет тридцать, а твоему мужу?! В два раза больше?!

— Примерно так, – кивнул Херардо. – И что?!

— И что вы будете делать с молодой женой? Горделиво рога носить?

— Бабушка!

— А ты вообще рот не открывай! Что ты понимаешь в своем возрасте! Любовь проходит, а потом – как?! Взвоешь и сто раз переиграть захочешь! Горшки из-под старика таскать захотела?! Не дам!

Мерседес посмотрела на возмущенную бабушку.

Так-то да. Все правильно, кроме одного.

— Моя подруга – маг жизни. Феола мне поможет, так что мы с мужем проживем долго и счастливо. Полноценной жизнью.