Попаданка и дракон: по прихоти судьбы - Татьяна Абиссин Страница 39

Я смотрела то на него, то на кулон, испытывая целый спектр эмоций — от ненависти и презрения до страха и гадливости, как будто ко мне прикоснулось отвратительное насекомое. И вдруг, в голове мелькнула поганая мысль: почему бы не согласиться? Сбежать я все равное не смогу, так же как и отбиться от него. А если получу кулон, у меня появиться шанс найти темноволосого незнакомца и вернуться домой…

* * *

Но, стоило мне разглядеть жестокую ухмылку мужчины, его грубое лицо, потемневшие от возбуждения глаза и протянутую ко мне руку, как к горлу подступила тошнота. Нет, ни за что! Я не лягу с ним добровольно, ни ради кулона, ни чего-то другого.

Я возненавижу себя, если сделаю это. Уж лучше остаться в Эйрите навсегда, чем так унижаться.

Наверное, он прочёл ответ по моему лицу, потому что резко помрачнел.

— Значит, нет? Даже смешно, какая-то девчонка ведёт себя как принцесса. Ну, что ж, — он рванулся ко мне, ломая кустарник, но я успела перескочить через валун. А потом развернулась и со всех ног кинулась бежать по узкой тропке, пересекающей луг.

За своей спиной я чувствовала тяжелое дыхание Бьюта. Он приближался с каждой секундой. А потом — удар по голове, и блаженная темнота.

* * *

Открыв глаза, я поняла, что снова лежу на камне Равновесия. Только, в отличие от первого раза, мужчина нависал надо мной, следя за каждым моим движением.

— Очнулась? — хмуро поинтересовался Бьют. — Ты довольно быстро бегаешь. Если и в постели такая же горячая, то я в тебе не ошибся.

— Вынуждена разочаровать: я холодна, как этот камень.

Лежать было неудобно, острый край камня впивался в кожу. Когда я попыталась повернуться, мужчина ударил меня тыльной стороной ладони, не больно, но чувствительно.

— Ничего страшного, малышка, я тебя согрею. Бьют слов на ветер не бросает. Я же обещал разложить тебя на камне. И как ощущения?

Его взгляд, прикованный к моему лицу, был холодным и оценивающим, как будто он не собирался развлекаться со мной. Конечно, ему же нужно преподать мне урок.

— Прошу вас, — воскликнула я, — не делайте этого! Накажите, избейте, если хотите, только не надо…

Управляющий придвинулся ближе, одна его рука прижала к камню мои запястья, вторая коснулась груди, скрытой тканью платья. Чужие пальцы разорвали кружево, потом потянули ткань вниз. Ногти впились в кожу, причиняя боль.

— Видишь ли, малышка, — почти ласково сказал он, — наказать можно по-разному. Избить кнутом я могу мальчишку, стащившего со стола яблоки. Но я же не могу так поступить с красивой девочкой, вроде тебя. Это жестоко. Ты научишься уважению, только после того, как полежишь на спине, с раздвинутыми ногами. Пару — тройку раз.

Холодные пальцы принялись ласкать мою грудь. Умирая от унижения, я дергалась всем телом, но Бьют без труда удерживал меня на месте. Его это даже забавляло.

Наклонившись, они прижался губами к моей шее. Потом намотал волосы на руку и дернул, заставляя посмотреть себе в глаза.

— Задери юбку и раздвинь ноги пошире, — это был приказ. Он даже отстранился, позволяя мне повернуться.

— Ублюдок, — выдохнула я, вцепившись ему в волосы. Пусть хоть убьет потом, но добровольно он меня не получит.

И вдруг, среди ясного неба, сверкнула молния. Пролетев над головой управляющего, она вонзилась в высокий куст, расколов его ствол пополам. Бьют, выругавшись, выпустил меня из своих рук.