Воспитанник мечника - Игорь Шелег Страница 39

Многие из тех, кто выходил вверх в Ковены и смотрел на них свысока потеряли если не все, то почти все, становясь придатками, а то и вообще исчезая.

Хотя неофициально их Ковен все же называли «Союз трех». Скрыть какой-никакой союз было нельзя, но не только это было залогом успеха.

Нахождение их Родов в Астовске тоже играло свою роль. Людей здесь не так много. Проводить какие-либо акции, да еще и скрытно, достаточно сложно.

Так и получалось, действуя мало-помалу «Союз трех» собрал под свои знамена союзников, и обрел значимую поддержку у имперской аристократии. А в случае нужды отбивался от агрессора. Медленно, шаг за шагом они поднимались, пока не перешли дорогу главе Гильдии Мечников, Жнецу.

Самый опасный, хитрый и жесткий противник неофициального Ковена за все время своего существования.

Тогда главам Родов было в районе тридцати. Отцы передали им управление Родами с правом Вето. И угораздила молодых глав Родов повздорить с сыном Мечника. Боевые действия были непростые, и весы начали склоняться в сторону Жнеца, но потом случился набег демонов, вся семья главы Гильдии погибла, а сам он ушел мстить в Пустошь и пропал.

И вот он вернулся. Это и было основанием для внеочередного сбора глав Родов.

— Можно и без официоза, — протянул Карасев.

Он, оправдывая свою фамилию, был похож на народ больше, чем сам народ. Основатель Рода, взявший свое прозвище от места, где он родился. Неподалеку от его деревни в прошлом водились отличнейшие караси. Если бы его кто-то обрядил в старые одежды, то увидел бы работягу, коим его изображают на миниатюрах. Низкий, сбитый, с шикарной лысиной. Дополняло образ мясистое лицо с большими губами, носом картошкой и густыми бровями.

Глаза смотрели недобро, а сам Карасев, был, как правило, угрюм, наверно именно поэтому никто и не задирал его. Еще с детства обладая крутым нравом, Карасев не давал никому себя недооценивать и легко шел на конфликт. А сейчас являясь главой Рода и Магом первого ранга и подавно.

Колинов, наоборот. Худой и невысокий с миниатюрным, по-настоящему аристократическим лицом был не менее опасным противником. Тем не менее предпочитал решать вопросы с помощью дипломатии. Вот и сейчас он просто посмотрел на союзника, но ничего не сказал, по этому поводу, а сосредоточился на главном: — Жнец вернулся и это проблема!

— Нет! Там никакой проблемы, — произнес Бутрим. — Я же говорил. Я общался с ним… И он точно не собирался на нас нападать…

— Вот с этого момента, поподробнее, — заявил Карасев. — Где ты его увидел? И какого ляда ты вообще к нему пошел?

— Я с внуком приехал в ресторан, а тут он, — медленно проговорил Бутрим. — Меня как будто изнутри что-то подтолкнуло. Вот и решил спросить сразу… И поставил перед ним вопрос ребром!

— Бред! — влез Карасев и тут же продолжил. — Это была несусветная глупость с твоей стороны. Он же мог, наоборот, подкинуться!

— Глупость или нет, уже без разницы, — вздохнул Бутрим. — Он мне сказал конкретно: Хотел бы на тебя охоту открыть, открыл бы, и ты узнал бы об этом самым последним. Потому что на меня не подумал… Я ведь для всех мертв.

— Так и сказал? — спросил Колинов.

— Да, — заявил Бутрим. — Его словам можно верить, его слово — железно!

— Можно, если не принимать во внимание, его предыдущие действия, — недовольно произнес Карасев. — Вы не видите очевидного.