Четвертое королевство - Ана Эм Страница 409

Потому что, да, Король гребанных пиратов оказался принцем гребанной империи.

Я сбежал, когда мне было семнадцать…

Ты была воспитана в жестких рамках, которые всю жизнь старалась сломать. Титул для тебя удавка, а не изысканное украшение. Ты никому не веришь, потому что тебя так научили. Я знаю, почему порой только тебе под силу вывести меня из себя. Просто мы во многом похожи.

Да, они действительно были похожи. Вот только Амора сбежала ради себя, ради свободы, из страха, а он…Она взглянула на его профиль. Он сбежал, чтобы помочь, чтобы сражаться.

— На колени. – произнес император, не сводя с Дэмиана своих зеленых глаз.

Тот и глазом не моргнул. Вздохнув, король пиратов медленно опустился на одно колено и низко склонил голову. Амора в жизни не видела подобного подчинения и смирения с его стороны. Перед ней точно был не тот Дэмиан, которого она знала.

— Я сказал, на колени. – повторил император, и на этот раз его взгляд был направлен на Амору.

— Ох, это лишнее. – тихо пробормотал себе под нос Дэмиан так, чтобы никто не услышал.

Принцесса Оринфа нахмурилась так, словно спрашивала «Это ты мне?». Рука императора крепче сжала листок в руке.

— Ты оглохла? Я сказал, на колени.

Да, это он точно ей говорил. Вот же моллюск недоделанный. Да она в жизни на коленях не…ладно, возможно, было пару раз. В лесу там и буквально сегодня утром. Но то были решительно другие ситуации. Здесь же? В тронном зале? Перед кем-то, кого она определенно точно не считала равным себе? Амора даже перед собственной матерью, Королевой никогда не преклонялась, потому что та с детства учила, что принцессы Оринфа ни перед кем не преклоняются.

Именно поэтому она своевольно вскинула подбородок и расправила плечи, чем неизбежно вызвала шум в рядах знати.

Император прищурился, а затем махнул одному из гвардейцев, что стоял у стены слева от трона. Тот тут же двинулся в сторону Аморы.

— А вот это точно лишнее. – снова пробормотал Дэмиан, но головы не поднял.

Русалка взглянула молодому гвардейцу прямо в глаза, и уголок ее губ слегка приподнялся. Она не знала, что именно он увидел в ее взгляде, но на долю мгновение мужчина замешкался. То был инстинкт – тело предупредило его об опасности, но разум возражал, что перед ним всего лишь хрупкая девушка. Именно поэтому он откинул все нелогичное и подошел достаточно близко, чтобы положить руку ей на плечо.

Первая его попытка силой поставить принцессу Оринфа на колени не увенчалась успехом, и гвардеец нахмурился. Правильно, ведь ну могло быть так, чтобы она была сильнее него, верно?

Аморе хватило этого мгновения, чтобы застать его врасплох. Одной рукой она перехватила ту, что лежала у нее на плече, и резко выкрутила так, что его плечо вылетело из сустава. Вторая же ее рука нанесла удар прямо в солнечное сплетение моллюска, и сияющие металические доспехи прогнулись ровно в том месте, где была ее ладонь. Мужчина застонал, отшатнулся и рухнул на колени, но напоследок она успела еще и забрать его меч из ножен.

Кто-то ахнул. Кто-то выкрикнул ругательства. Остальные гвардейцы потянулись к своему оружию. Но принцесса лишь перекрутила меч в руке, якобы привыкая к его весу, а затем опустила его острием вниз и сложила ладони на эфесе так, будто то была просто палка какая-то.