Подсунутая жена. Попаданка воспитает... - Анна Кривенко Страница 41

Да они тут женщин за бессловесный скот считают, что ли? Вот почему Илья так беситься от моего поведения! Я же совсем ни в какие ворота…

— Ваша внешность должна быть безупречной, — перечисляла тетушка дальше. — Даже ночью, перед сном, женщина обязана выглядеть достойно. Волосы расчёсаны, лицо чистое, дыхание свежее. Никаких растянутых рубах, халатов или неопрятных панталон. Всё должно быть прилично и скромно.

Я слушала, и с каждым пунктом мои глаза становились всё шире. К концу лекции я уже пребывала в лёгком шоке.

— Ну что ж, — наконец подвела итог тётушка Федора, довольно улыбаясь, — надеюсь, вы сделаете выводы, дитя моё.

Она сложила руки на коленях, пристально изучая мою реакцию, и вдруг вкрадчиво добавила:

— Кстати… скоро, на днях, я устрою небольшой семейный приём. Это будет прекрасная возможность представить вас обществу. Как считаете, Лидия, выдержите испытание?

Я насторожилась. Испытание?

Что она задумала?

* * *

Этим же вечером. Семейный ужин…

Когда я вошла в столовую, первое, что бросилось в глаза — огромный венок из вечнозелёной ели, висящий на стене прямо за спиной у Ильи. Он выглядел массивным, пышным и каким-то зловещим. Во свете свечей тёмная зелень отбрасывала жутковатые тени, будто кто-то вырезал из хвои и веток портал в потусторонний мир.

Я едва успела осмыслить это зрелище, как строгий голос тёти Федоры пронзил воздух:

— Вы опоздали.

Я моргнула, перевела на неё взгляд. Ну да, действительно, все уже сидели, а меня не было.

— Простите, — произнесла я, не особо чувствуя за собой вину.

Хотела присесть на своё обычное место, но тут тётушка деликатно кашлянула, а затем кивком указала на стул справа от Ильи.

Ой-ой. Это что ещё за церемония?

Пришлось послушаться.

Как только я села, тётя с радостным лицом объявила:

— Так как мне не довелось присутствовать на вашем бракосочетании, я решила насладиться радостной атмосферой того дня. Именно поэтому повелела повесить венок счастья. Он символизирует крепость союза и вечное соединение.

Я пожала плечами.

— Как интересно… – бросила мрачно и отвернулась.

Гладкие речи толкает, ну да ладно. Лишь бы не устроила сцен.

Но вот Илья отчего-то был бледен и крайне напряжен. Близнецы, посмеивались, часто косясь на венок.

Я нахмурилась.

Что такого в этом венке, что молоденький муж сидит, как приговорённый к смертной казни?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ответ не заставил себя ждать.

— Мы сейчас помолимся Оракулу о благополучии новой семьи, — сладким голосом пропела Федора, сложив руки в благочестивом жесте.

Я уже почувствовала неладное.

— А затем… — её улыбка стала ещё шире. — Молодожёны скрепят поцелуем эти замечательные пожелания.

Моё лицо вытянулось так, будто передо мной на тарелке неожиданно появился жареный паук. И только из-за какого-то поцелуя Илюша едва ли не падает в обморок??? Бедняга…

Я украдкой покосилась на парнишку.

Тот замер, как жареный паук в янтаре.

А затем так медленно, будто осознавая собственную обречённость, поднял взгляд и посмотрел на меня.

Стало его жаль. Неужели я вызываю в нем настолько сильное отвращение, что от перспективы со мной поцеловаться его сейчас стошнит?

Честно, это было обидно.

Услышала, как кто-то подавил смешок.

Повернула голову и, конечно же, поймала ехидные взгляды близнецов.