Ты родишь мне сына. P.S. твой босс Волк. Том 1 - Евгения Кец,Екатерина Баженова Страница 41

— Ну, таких я не встречала, — пожимает плечами врач, — я встречала необычные случаи. Но твой… как часто ты чихаешь вот так вот?

— На самом деле не так часто, но бывает. У меня аллергия на шерсть животных, — рассказываю и поглядываю на Волка. — Но иногда я захожусь в чиханиях, а иногда всё хорошо. Врачи говорят…

— Психосоматика, — заканчивает за меня Юлия.

— Да, но это не так. Я знаю, просто объяснить не могу, — бурчу я.

— Я тебе верю. Но учти, придётся много анализов сдать. Вей, её надо оставить здесь хотя бы на неделю.

Вей? Ого, да они очень близко общаются. Где-то внутри будто что-то колоть начинает, а сердце пускается в пляс.

Волк и Юлия одновременно поворачиваются и смотрят на меня.

— Что? — не выдерживаю их пристальных взглядов.

— Почему ты начала нервничать? — врач делает ко мне шаг.

— С чего вы взяли? — вздёргиваю брови.

— Она, вообще, хоть что-нибудь знает? — Юлия смотрит то на меня, то на Волка.

— М-м, — на губах Вейлина появляется хитрая ухмылка, — только то, что должна родить мне сына.

Врач замирает с приподнятыми бровями и пялится на Волка огромными глазами:

— Ты с ума сошёл? Убить девочку вздумал? Ты хоть представляешь, что это за испытание для её тела? Она же…

— Молчать, — низко и угрожающе требует Вейлин, что даже я вздрагиваю.

— Вей…

— Юля, я вроде ясно выразился.

— Но…

Волк смотрит на врача, и она ретируется. Качнув головой, она подходит ко мне:

— И ты согласилась?

Смотрю на Вейлина и думаю, как бы так ответить, чтобы не выдать себя.

— А у вас врачебная тайна есть?

Юлия Олеговна наклоняет голову набок, рассматривая моё лицо. Чувствую себя совсем наивной под этим взглядом.

— Есть.

— Супер, — улыбаюсь и смотрю на Волка. — Вы можете оставить меня наедине с врачом?

— Вот ещё.

— Очень надо, — разве что руки в мольбе не складываю.

— Можешь расслабиться, я ей ничего не скажу. Но она имеет право поговорить со мной наедине, — вмешивается Юлия.

Всем видом выражая своё недовольство,, Волк выходит из палаты. Жду, когда дверь хлопнет, и говорю шёпотом:

— Юлия Олеговна, вы можете сказать ему, что я не могу родить ему ребёнка?

Недоумение охватывает лицо врача. Она трёт глаза и тяжело вздыхает:

— Так, что у вас произошло? Как вообще вышло, что Вейлин о детях заговорил? Он же у нас весь такой независимый, волк-одиночка прямо-таки, — усмехается она.

— Понятия не имею, — продолжаю шептать я, на случай, если шеф подслушивает за дверью. — Я несколько дней назад устроилась работать в его фирму. Он начал себя странно вести, а потом, — смущённо опускаю взгляд и чувствую, как краснеют щёки, — он запер меня в какой-то странной комнате и сказал, что я должна родить ему сына.

— Неужели это правда? — Юлия кривит губы, будто погружаясь в свои воспоминания.

— Зачем мне вам врать?

— Что? А нет. Я не о поведении Вейлина, это как раз в его духе. Я про… — она оборачивается на дверь и качает головой. — Так, ты мне лучше вот что скажи, — врач садится на кровать и хлопает рядом с собой, — ты что-то почувствовала, когда он тебе это говорил?

Юлия продолжает таранить взглядом дверь.

— Страх, — говорю я и сажусь на кровать.

— Почему?

— Понимаете…

Рассказываю Юлии о том, что мне даже целоваться врачи запрещали, но это Вейлина не остановило. И про странные электрические разряды тоже говорю: когда появились, как часто и что я не умею ими управлять.