Полоса препятствий для одержимых - 1 - Екатерина Ильинская Страница 42

От этого гвалта уже начинала болеть голова. Рядом возник невозмутимый Хэй Фэн в своём красном ханьфу, с идеально прямой спиной и выражением лица, которое яснее всяких слов говорило: «Я здесь самый важный, а вы все — муравьи».

— Жетон, — коротко бросил он, протянув руку.

Я молча отдала деревянную табличку с иероглифом «Участие», и демон скрылся в толпе, лавируя между людьми с грацией хищника, и очень скоро вернулся.

— Стол в углу. Комнаты готовят, — сообщил он, жестом указывая направление. — Идём.

Что ж… Похоже, убивать и искать нового призывателя, демон пока не собирался, хотя воодушевление, с каким «брат» говорил, что в этом действии есть смысл, вызывало тревогу. В конце концов, половина моей дерзости основывалась на уверенности, что ему без меня никак не обойтись. Думать же, что он может без проблем избавиться от нашей связи, и как со мной поступит, если я перейду черту дозволенного, было страшно.

«Что ты стоишь там, как нищенка?» — раздалось в голове.

Я стиснула зубы, но послушно пошла на зов. Угловой столик оказался маленьким, неудобным, зато отсюда тоже просматривался весь зал. Хэй Фэн сел лицом ко входу, спиной к стене, сложил руки на груди и принялся осматриваться с таким видом, как будто каждый из посетителей ему что-то задолжал.

— Ешь, — кивнул он на подошедшую служанку, которая поставила передо мной миску с лапшой, чайничек с чаем и немного османтусового печенья.

— А ты? — вырвалось, прежде чем я подумала.

Хэй Фэн усмехнулся одними уголками губ:

— Я, Светлячок, питаюсь другим. Страхом, болью, отчаянием... Твоя лапша в безопасности.

Я едва не поперхнулась и уткнулась в миску, стараясь не смотреть на демона. Вот только всё равно чувствовала его взгляд на себе, и от этого еда выскальзывала из палочек, а кусок застревал в горле.

— Замолчи, — прошептала я, не поднимая глаз.

— Я молчал, — ответил демон, судя по голосу, готовый от души надо мной посмеяться.

— Ты смотришь!

И тут над нашим столиком нависла зловещая тень.

— Господин Линь Юэчжэнь, — раздался голос, от которого я поперхнулась уже по-настоящему. — Может ли скромный глава Школы Девяти Напевов побеспокоить столь занятого человека?

Мастер Цин.

Он стоял, сложив руки в рукавах, и выражение его лица не предвещало ничего хорошего. За спиной маячил лекарь Пэй с неизменным аптечным коробом.

Хэй Фэн поднялся и с безупречной вежливостью поклонился. Ровно настолько, чтобы продемонстрировать почтение:

— Мастер Цин! Какая неожиданная и приятная встреча. Чем обязаны столь высокой чести?

— Не притворяйтесь, господин Линь. — Голос наставника зазвенел сталью. — Осмелюсь ли я, недостойный, узнать, чем наши скромные Шаги не угодили столь искусному заклинателю, что он предпочёл уединённый путь, забрав с собой младшую ученицу Шуин, лишив меня возможности наблюдать за её состоянием и заставив провести часы в тревоге и поисках?

Я вжала голову в плечи. Вот сейчас начнётся.

— О, достопочтенный мастер, — Хэй Фэн приложил руку к груди, изображая сожаление, — ваша проницательность, как всегда, остра, словно лезвие лучшего клинка. Позвольте ничтожному объяснить: мною двигало лишь желание избавить вашу школу от лишних хлопот. Я полагал, раз сестра сама ухватилась за мой рукав и выразила столь горячее желание отправиться...