Зачарованная река - Ребекка Росс Страница 42

Она замолчала, ее руки застыли. Торин стоял, завороженный ее рассказом, держа в ладони статуэтку Леди Вереск.

— Но ты так и не получила золото, – прошептал он.

Женщина встретилась с ним взглядом. Ее голос менялся, становясь хриплым и слабым, как будто ее признание старило его.

— Нет. Я пришла в себя и осознала, что озеро было бездонным и скоро я потеряюсь в нем и в играх, которые затеял дух озера. Я повернулась и поплыла обратно тем же путем. Измученная, я едва добралась до света. Когда я вынырнула на поверхность, то осознала, что прошло сто лет, пока я блуждала на глубине. – Она бесстрастно продолжила свою работу. – Моя семья была мертва и давно похоронена. Джоан, как я узнала, тоже была мертва. Она погибла, переплетенная в схватке с Брекканским лэрдом, и их кровь запятнала землю. Она прокляла Запад, как Файнгэл проклял Восток. Магия духов вышла из равновесия из-за раздоров и разделения кланов. Магия с тех пор лилась рекой в руках Брекканов. Они могли использовать чары без последствий для своего здоровья, вплетать магию в пледы, выковывать чары в сталь. Но клану суждено было страдать от этой магии. На Западе урожаи были скудны, вода – мутной, огонь горел тускло, а ветер был суров. Брекканы стали сильным, но голодным кланом, живущим на мрачной земле. В свою очередь, магия била ключом в духах Востока. И хотя Тамерлейнам пришлось страдать, чтобы овладеть ею, их сады цвели, вода была чистой, ветра – умеренными, а очаги – теплыми. Тамерлейны стали процветающим, но уязвимым народом, живущим на плодородной земле.

Торин молчал, погруженный в ее историю. Он знал о проклятии. Вот почему зимой у Брекканов не было средств к существованию, а стольким Тамерлейнам требовалась помощь его жены-целительницы.

Он взглянул на женщину, раздумывая, сколько еще вопросов он сможет задать, прежде чем ее голос окончательно угаснет.

— Духи острова приходят к тебе? – спросил он.

— Иногда. Когда кто-то в этом нуждается.

— Ты случайно не видела одного из них с двумя маленькими девочками?

— На что духу смертный ребенок? – возразила незнакомка.

Торин почувствовал, как в нем нарастает нетерпение.

— Есть ли способ вызвать духов? Заставить их проявиться?

— Если и есть, – ответила женщина почти неразборчиво, – я о нем не знаю, капитан.

Он почувствовал, что ее время истекло; ее голос угасал. Он хотел расспросить ее о духах, но ему придется сделать это в другой раз, когда ее голос восстановится.

«Как я найду дорогу обратно?» – задумался он, зная, что эта местность проклята на то, чтобы перемещаться и изменяться. Воин снова изучил фигурку Леди Вереск. Возможно, она могла бы стать для него проводником. Удивительно, как сильно она напоминала ему Сидру!

— Могу я оставить это себе? – спросил Торин.

Женщина отрывисто кивнула, сосредоточившись на своей работе, как будто гостя здесь больше не было.

Торин вышел из хижины, и дверь за ним затворилась сама.

Воин сунул фигурку в карман, подумав, что Мэйзи она понравится, и пошел вверх по течению реки, но вдруг остановился, прислушиваясь к тому, как меняется журчание воды.

Торин оглянулся через плечо и замер. Все было именно так, как он и опасался. Река изменила свое русло на ширину ладони, и хижина бессмертной женщины скрылась из виду.

Торин как раз вышел из глена и направлялся на север, когда заметил Робана, бегущего к нему по вересковым зарослям.