Эпатажная белошвейка. Береги панталоны, Дракон! - Эмили Гунн Страница 44

— С них и рекомендую начать, — ничуть не смутило меня его изумление. — Проверьте торговых инспекторов, которые душат ремесленников. Вот где настоящая угроза. А не в моей самостоятельности.

Он нахмурился.

А мрачная тень на этот раз задержалась и пролегла у него под глазами.

— Кто именно из торговых инспекторов внушил тебе такую неприязнь? — спросил Игнатрион, сбавив шаг и испытующе заглянув мне в глаза.

Я прикусила губу.

Не потому, что боялась назвать имя Рудорфа. А потому, что знала: если расскажу, это уже будетпросьба о помощи . А я не из тех, кто легко входит в долги.

— Тот, который приходил в мою мастерскую, — навела я туману, пускай и прозрачного. — И вместо того, чтобы оштрафовать поставщика проклятых ниток, подсунутых мне, наложил арест на мой товар.

Ну вот, я, вроде как, и не стала тыкать пальцем в Рудорфа с криками: «Ату его, инквизитор! Ату!»

Однако пищу для размышлений дала.

Но Игнатрион сегодня отчего-то был непреклонен в своем намерении вывести на чистую воду всех моих обидчиков.

— Имя?

— Тебе-то оно зачем? — скользнула я беспечным взглядом по дракону, всем видом показывая, что не настаиваю на решении моих проблем. — Это ведь узконаправленные разногласиями между представителями близких гильдий: Швейной, Торговой, палатой Поставщиков…

Это была провокация с моей стороны. Хотелось понять, насколько Черный дракон равнодушен к действиям нарушителей, не имеющих к нему прямого отношения.

— Потому что, если неназванный тобой инспектор перешёл границу закона, он перешёл границу и моей власти тоже, — упрямо продолжил Игнатрион настаивать на своем. — А это уже личное для дракона.

— Вот, — теперь-то я уже подняла вверх указательный пальчик, направив его в грудь инквизитора. — Именно это-то в твоем любопытстве и пугает, — я посмотрела ему прямо в глаза. — У драконов НИКОГДА ничего не бывает просто так. Ни помощи, ни интереса. И уж тем более, когда вмешательство это совершено по «личным» причинам. А мне не нужно ещё одно могущественное существо, которому я буду обязана по глотку.

Он приостановился.

— Еще одно? Хм, дракон, значит… этот твой инспектор, — выгнул он бровь. — Дай угадаю, отвергнутый воздыхатель?

— Не вы ли, господин инквизитор, давеча обвиняли меня в вульгарном поощрении кавалеров, которые могут помочь мне поднять Швейную лавку? — иронично спросила я, отзеркалив его ухмылку. — А может, вам просто не хватает решимости принести извинения за оскорбительную ошибку в моем отношении?

— А может, это вам просто не хватает человека, который умеет держать слово? — встал он в стойку.

Наверное, я задела его. Получилось ведь, что этим выпадом я обвинила дракона в своего рода трусости.

— Если дам обещание решить твою беду, Марго, — произнес вдруг Игнатрион, прожигая меня темными искрами в вытянувшихся зрачках, — я так и поступлю. И если скажу, что помощь моя будет безвозмездной, таковой она и окажется.

— И что в итоге? Ты покараешь одного нечистого на руку инспектора по слову своей знакомой, — сказала я, указав на себя. — А остальные продолжат бесчинствовать до тех пор, пока их жертвы не сыщут себе могущественного друга? Нет, спасибо, дракон. Как все, так и я.

— Слишком много в тебе яда для дамы, что вышивает пеньюары с ароматом розмарина, — скривил он губы.