Криминалист 6 - Алим Тыналин Страница 45

Если придет.

Вейс появился снова через шесть дней, во вторник, на девятый день наблюдения, за сутки до истечения срока, назначенного Томпсоном. Пришел в типографию в десять утра без сумки, пробыл сорок минут и ушел пешком на юг по Чарльз-стрит.

Я проследил на расстоянии квартала. Он дошел до Норт-Говард-стрит, повернул налево и вошел в здание автовокзала «Грейхаунд».

Автовокзал на Говард-стрит, 601, приметная постройка в стиле «стримлайн модерн», округлые углы, горизонтальные полосы серого камня, плоская крыша, над входом неоновый силуэт бегущей борзой, днем погашенный. Здание стояло на углу Говард и Сентр-стрит с сорок первого года.

Внутри просторный зал ожидания с террацовым полом в черно-белую клетку, деревянные скамьи рядами, билетные кассы у дальней стены, газетный киоск, фонтанчик с содовой, запах дизельного выхлопа с посадочных платформ за стеклянными дверьми. Знакомое место, я проезжал мимо десятки раз.

Вейс купил билет в кассе номер три. Я подошел к кассе номер четыре через две минуты, предъявил удостоверение и попросил девушку за стойкой, молодую негритянку в форменной голубой блузке «Грейхаунд», показать запись о предыдущем покупателе.

Она посмотрела на удостоверение, потом на меня, потом снова на удостоверение и молча развернула журнал продаж. Вейс купил билет до Кливленда, Огайо. Отправление через сорок минут, платформа шестая.

Я позвонил Дэйву из автомата в вестибюле. Пятицентовая монета, гудок, три цифры внутреннего номера балтиморского отделения.

— Вейс уезжает в Кливленд. Автобус через сорок минут. Возвращается через два-три дня, если паттерн не изменится. Бери машину и подъезжай к «Грейхаунд» в четверг к полудню. Будем ждать на вокзале.

— Понял. Что с ордером?

— Ордер на задержание не нужен. У нас достаточно оснований для остановки и опроса: подозрение в мошенничестве с федеральными документами, связь с объектом наблюдения. Если в сумке окажется то, что я думаю, задерживаем на месте.

В среду я связался с Новаком в Кливленде, по телефону, через коммутатор, и попросил об одолжении. Если в ближайшие два дня молодой человек придет за копиями свидетельств о рождении и представится Штейном, пусть Новак запишет точное время и зафиксирует квитанцию об оплате.

Новак помолчал, потом сказал: «Ловите рыбку, агент?» Я ответил: «Ставлю сеть, мистер Новак.»

В четверг в полдень мы с Дэйвом сидели в зале ожидания «Грейхаунд». Дэйв на скамье у газетного киоска, с «Балтимор Сан» на коленях, раскрытой на спортивной странице. Я находился у стойки с содовой, с бумажным стаканчиком «Кока-Колы» в руке. Оба в штатском, без галстуков, ничем не отличающиеся от десятков пассажиров, убивающих время до отправления.

Автобус из Кливленда прибыл в час семнадцать, на двенадцать минут позже расписания. Серебристый «Грейхаунд» с синей полосой вдоль борта и борзой на капоте подкатил к платформе три, двери с шипением открылись.

Пассажиры потянулись к выходу, пожилая пара с чемоданами, солдат в форме с вещмешком, чернокожая женщина с ребенком на руках, двое молодых людей в джинсах и кожаных куртках. И за ними Вейс.

Серый клетчатый пиджак, темные брюки, в правой руке все тот же черный саквояж с двумя ручками. Выглядел усталым, все-таки десять часов дороги, если без пересадок, а с пересадкой в Питтсбурге все двенадцать.