На руках умирает любовь - Габриэль Коста Страница 47

— Обязательно, Ристарха. Я спасу всех.

Азель смотрел перед собой на фигурку головы лошади. Как бы ему ни хотелось, скоро предстояло поделиться главным секретом, как своим, так и Виарума. Снова будет необходимо вернуться к неприятным воспоминаниям о своей глупости. Ристарха лишний раз указала на необходимость закрыть седьмой материк до перерождения мира и, как понял Азель, самой Богини пламени и уж тем более не допустить возвращение дракона тлеющего пепла. Без магических сил существа с других материков просто не смогут ему противостоять. Он и представить не мог, что в следующие несколько дней все решится. Азель ждал столько лун и теперь ему просто не верилось. Он отошел от Ристархи и взял в руки фигурку, молча посмотрел на старейшину, и она лишь кивнула. Азель ловко срезал фигурку лошади и положил в карман.

— Иди за мной, – попросила Ристарха и направилась на выход, ослепляя Азеля солнечным светом.

— Никак не привыкну…

Азель вышел на улицу и посмотрел в сторону их дома. Там стоял Гилем. Догадаться, что он был в курсе их разговора, не сложно – бледная кожа, открытый рот, трясущиеся руки. Его костер на самом деле проклятие. Азель понимал это в тот момент, когда Меладея захотела сжечь их. Он не винил ее, потому что сделал бы то же самое. Азель покачал головой, показывая – разговора не будет. Обсуждать просто нечего. Он направился за Ристархой, оставляя книгописца стоять без единой мысли в голове.

Гилем же принялся анализировать все сказанное остатками своего пламени. Но голова тут же отдалась немыслимой болью. Он, конечно же, не оставит это просто так и будет прогонять информацию по кругу раз за разом. И, как назло, Гилем не мог беспечно тратить свое пламя, пока они будут взбираться на плечи Первого великана. Он крепко сжал руки в кулаки и направился к их дому. Ему срочно нужно отвлечься разговором, иначе есть риск сойти с ума. Пока он поднимался по порожкам, ему на встречу вышла госпожа Марил, и он бы не обернулся, если бы за ней не следовала Сина. Однако он не нашел в себе силы и желание подслушивать. Вероятно, им есть что обсудить.

— Я… – хотела начать Сина. – Не знаю, что сказать.

— Слова потеряли смысл, моя дорогая, – усмехнулась заклинательница. – Что тут еще скажешь? Судьба? – Они остановились около небольшого пруда с кувшинками. – Вторая истина. Печати краской Богини пламени. Безмолвие, – Марил махнула рукой, – теперь нас никто не подслушает.

— Редлай мертв, госпожа Марил, больше подслушать никто не может, – Сина медленно покачала головой.

— Я не хочу рисковать. Ваша команда доказала – воображению нет предела. Вы слишком сильные и неконтролируемые, – она сняла с себя капюшон, ее глаза горели оранжевым.

— Что происходит? – Сина сделала шаг к ней. – Почему ваши глаза активированы? – она посмотрела на кисти рук: все усыпаны татуировками. – Как вам удается использовать силу и не тратить пламя?

— Небольшая уловка, – Марил усмехнулась. – Татуировки исчезают с другой стороны, с предплечий. Но медленно. Сина, ты же понимаешь, что я не могу просто так разбрасываться своей жизнью? Если появится необходимость запечатать моей силой седьмой материк, то я должна максимально эффективно использовать разрушение искры. Поэтому я концентрирую энергию в глазах Богини пламени.