Ловушка для защитника миров - Антонина Штир Страница 49

Дверь в парную растворилась, и в проёме показалась Мия.

— Пойдём, страдалец, вымою тебя.

— Нет-нет, ни за что. Такие приключения не для меня, Мия! — попытался отказаться он.

Но девушка подняла его за плечи и потянула за собой.

— Идём-идём, тебе понравится, потом ещё спасибо скажешь.

Она потащила его обратно в пекло, к счастью, сжалилась и приоткрыла дверь, пустив холодный воздух. Потом долго намыливала его волосы, добиваясь, чтобы они скрипели в руках, и скребла мочалкой тело, особое внимание уделив спине и груди. Ноги он ей помыть не дал, отобрал мочалку и помыл их сам. Дышалось теперь легче, и он снова ощутил желание. И не мог насытиться ею — хотелось смотреть, целовать, трогать.

В конце концов Мия выставила его за дверь, объяснив, что сейчас вымоется сама и принесёт ему чистую одежду. Лишь после этого они вернулись в дом, усталые, но чистые.

— А после бани, — наставительно сказала мучительница, — нужно выпить горячего чаю.

— Горячего? — простонал Рейнольд. — Может, холодной воды?

— Нет, только чай, и только горячий, не то простудишься.

Эти покровительственные нотки в голосе — раньше он их не слышал. Но спорить и препираться не было сил, хотелось упасть на кровать и спать, спать, спать.

Он едва дотерпел до конца ужина и впервые даже не попробовал её еду, только проглотил земляничный чай, не чувствуя вкуса.

— Я устал, Мия, пойдём спать. Ко мне, — уточнил ахтари, потому что хотел обнимать её ночью.

В коридоре Мия увидела Чудика с гневной гримасой на лице (или правильнее говорить роже?), по крайней мере, так сказала девушка.

— Прости, Чудик, так вышло, — не стала отпираться она, и существо с воем исчезло в дальнем конце коридора.

— Ну хоть мешать теперь не будет, — обрадовался Рейнольд, открывая дверь своей спальни.

— Да ладно тебе, Рейни, он просто хотел уберечь меня от ошибки. Но, кажется, я её все-таки совершила.

— О чём ты? Я не понимаю, — сказал он.

— Так, ни о чём, — отмахнулась девушка, скользнув под одеяло. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Ми, — сорвалось с его губ.

Так теперь и буду её называть, подумал он, засыпая.

* * *

На следующее утро Мия вела себя как обычно: готовила завтрак, читала в библиотеке, а потом снова ушла на кухню, уже для того, чтобы сварить обед. Странные слова об ошибке засели у Рейнольда в голове, но понять их он так и не смог, а спрашивать не хотел. Ведь всё было хорошо: Мия была рядом и принадлежала ему целиком и полностью. Если она считает это ошибкой, ну что ж, тогда это счастливая ошибка.

За обедом, расправляясь с жареной курицей, он заметил, что Мия ёрзает на стуле от нетерпения.

— В чём дело? Ты куда-то торопишься?

— У меня какое-то странное предчувствие. Можешь назвать это глупостью, но, мне кажется, с папой что-то случилось.

Рейнольд в предчувствия не верил, однако знал, что у некоторых землян сильная интуиция.

— Иди в Зал наблюдений, я доем и присоединюсь к тебе. Помнишь, как искать?

— Да, помню, — кивнула она и убежала так быстро, будто за ней гнались.

Рейнольд доел курицу и не спеша поднялся наверх, в Зал наблюдений. Открыл дверь и увидел, как Мия беззвучно плачет, глядя на экран невидящими глазами.

— Что случилось, Ми?

— Папа… он… он лежит в больнице. Сердце не выдержало.

— Ему очень плохо? — осторожно уточнил Рейнольд, хотя уже понимал: раз плачет, значит, положение отчаянное.