Конфетная фабрика попаданки или Муж не нужен! - Эми Эванс Страница 5

Подписи сторон:

Евгения Муравьева (Сторона А)

Женевьева Сент-Клер (Сторона Б)

Примечание:Договор скреплён магической печатью и не может быть нарушен без последствий для обеих сторон.'

Дочитав до конца, вернулась к началу свитка и перечитала все еще раз.

То есть, мне эту жизнь и это тело не подарили, а сдали в аренду? И эта самая Женевьева может запросто вернуться в свое тело, если решит, что ее жизнь здесь налажена?

А что вообще с ее жизнью может быть не так? Она же ничего об этом не говорила. Лишь сказала, что хочет пожить в новом мире…

И почему у нее есть право потребовать обратного обмена, а у меня нет? Если она обязуется мое тело исцелить, то почему я не могу вернуться обратно?

Кажется, колдунья говорила что-то о том, что лишь ее магия может поддерживать тело здоровым…

Но почему тогда это не отражено в договоре?

В общем, не стоило подписывать этот договор сразу. Надо было хоть прочесть сначала, что мне предлагают. Уточнить у этой колдуньи все детали…

Но я ведь как услышала о возможности спасти собственную жизнь, так обрадовалась, что эта радость затмила собой все остальное.

Эх, а ведь раньше, до болезни, я тщательно относилась к подписанию серьезных документов. И никогда не ставила своей подписи, прежде чем прочту все условия.

Крысеныш в этой ситуации был единственным, кто хоть немного мог пролить свет на происходящее. Он же с этой Женевьевой, судя по всему, хорошо знаком.

— Эй, как тебя там, — обратилась я к местной помеси хомяка и крысы, — Скажи, а Женевьева не говорила, когда она планирует вернуться и планирует ли вообще?

— Во-первых, меня зовут Хоманциус фон Шустрикусбургский, а не «Эй, как тебя там», — с важным видом поправил меня крыс, — А, во-вторых, нет. Женевьева ничего не говорила.

— А сокращенное имя у тебя есть? — уточнила я, — Ну, как тебя друзья обычно называют?

Сильно сомневаюсь, что мой язык хоть когда-нибудь сможет извернуться так, чтобы произнести зубодробительное имя этого зверька.

— Для друзей я Шустрик, — кивнул крысеныш, — Но ты к ним не относишься. Поэтому для тебя я исключительно Хоманциус фон Шустрикусбургский.

Вот значит, как он заговорил? Ладно…

— Тогда будешь крысенышем, — решила я с чистой совестью.

И тут же сунула крысенышу под нос свиток с договором, пока он не успел опомниться и возмутиться.

— Вот, — ткнула я в нужную строчку, — По инициативе Стороны Б договор может быть расторгнут, и стороны вернутся в свои исходные тела, — зачитала я пункт договора и тут же поинтересовалась у фамильяра, — Это как понимать?

— А-а-а, это, — протянул он, вздохнув с облегчением, — Так это стандартный пункт магического договора о взаимопомощи. Думаешь, ты тут у нас одна такая? Конечно, нет, — фыркнул крыс, — Женевьева добрая колдунья, у нее магия есть. И живет она куда дольше, чем человечки в вашем мире. Не обязана она же в твоем теле торчать несколько веков? Да и как это будет выглядеть, не подумала? Вдруг ее там, бедненькую, на опыты сдадут или что-нибудь похуже сделают, — фамильяр схватился за сердце, имитируя приступ, а затем продолжил, — К тому же, раз ты обычная человечка, то и срок жизни у тебя другой. Мало тебе, что ли, будет лишних пятидесяти — семидесяти лет жизни в этом теле? Поживешь, жизнью насладишься, а на старости лет сможете и обратно поменяться…