Зелёная пантера - Тория Кардело Страница 50

— Мама… – мягко поправила она, однако в её тоне прозвучало разочарование.

— Мама, – смущённо пробормотал Эдмунд, чувствуя, как это слово отдаёт чужеродным привкусом на языке.

Миссис Саннорт явно задевала его отстранённость, которая не прошла даже с течением лет, проведённых в семье. Дженнифер очень хотела стать ему настоящей матерью, создать доверительные отношения, но так и не сумела. Эдмунд и сам был бы не против – но не мог. Она – посторонняя. И никогда не станет близкой.

После неловкой паузы он продолжил:

— Я задумался о смене школы. Хотел перевестись в среднюю школу на Флауэр-стрит. Это возможно?

— Почему?

Миссис Саннорт с озабоченностью поправила свой белый кружевной фартук, вышитый литературными цитатами. Её лицо раскраснелось от жара на кухне и неловкости момента.

— Э-э, ну, у меня есть друг, с которым я бы хотел учиться вместе. А дети в моей нынешней школе… – Эдмунд нервно переступил с ноги на ногу, – не очень добрые. Смеются надо мной.

Никакого друга, как и друзей в принципе, у него не было. Но стоило добавить убедительности в просьбу, чтобы приёмная мать не начала засыпать его лишними вопросами. Если рассказать про проблемы с одноклассниками, это могло сработать.

Взгляд миссис Саннорт, впервые услышавшей от приёмного сына нечто большее, чем сухое «всё нормально», стал сочувствующим. И она мягко положила руку на плечо Эдмунда:

— О, милый, мне так жаль, что ты проходишь через всё это. Конечно, мы постараемся перевести тебя. Вроде она относится к нашему адресу. Спасибо, что рассказал мне.

— Благодарю вас, миссис… – Он запнулся и тихо добавил: – Мама.

Миссис мама… Как же нелепо это звучит!

— Поужинаешь сегодня с нами? Заодно обсудим твои проблемы в школе, – предложила она с надеждой в голосе, закидывая при этом в кастрюлю нарезанные овощи и помешивая их.

— Спасибо за заботу, но я уже поел в школе. – Эдмунд натянул вежливую улыбку.

— Хорошо, – вздохнула она. – Но если вдруг надумаешь, приходи, я оставлю порцию для тебя.

Благо Саннорты не следили за его питанием. Верили на слово, будто Эдмунд никогда не садится с ними за стол, потому что предпочитает есть один. Поэтому он без труда смог отказаться от воды и пищи в пользу магии, постоянно оправдываясь, что уже не голодный, либо благородно отдавая все коту.

Вот и сейчас, успешно уклонившись от ужина, Эдмунд направился в свою комнату. Но резко остановился на полпути, когда очутился около приоткрытой двери в пустующую спальню приёмной сестры. Скорее всего, Маргарет была на очередном свидании. А ему выдалась возможность кое-что проверить.

Некоторое время Эдмунд колебался. Его рука несколько раз опускалась на прохладную дверную ручку. Наконец любопытство пересилило, и он тихонько заглянул в комнату, освещённую лишь тусклым сиянием уличных фонарей.

Убедившись, что комната пуста, он распахнул дверь и уверенно шагнул внутрь. Щёлкнул выключатель, после чего глазам Эдмунда предстала буквально обитель грёз девятнадцатилетней модели. Он бегло осмотрелся: на стенах висели плакаты любимых поп-звёзд Мэгги и глянцевые вырезки из модных журналов, около кровати – туалетный столик, заваленный косметикой и флаконами духов. Наряды разных оттенков розового высовывались из открытого белого шкафа. На пушистом светлом ковре валялась целая коллекция плюшевых игрушек – медведи, кролики и даже несколько единорогов. Пахло шоколадом и сладким фруктовым парфюмом.