Замуж не Напасть, Но… - Наталья Шевцова Страница 52

— Ты однозначно можешь на это надеяться! — подмигнул демон, кивнув на медальон. — У вас, смертных, ведь как говорят: «надежда придаёт силы, а страх и сомнения их отнимают!» Поэтому надейся и кто знает…

Внезапно до них донесся первый удар колокола.

Старинные часы, находящейся неподалеку ратуши, возвещали о том, что вот-вот наступит полдень.

— Милдред, ты должна успеть отправить в Вааса Блик надежды между одиннадцатым и двенадцатым ударом колокола! — предупредил Бельфегор.

— Бельф, а ты уверен, что часы смертных не отстают или не спешат? — злорадно поинтересовался Ваас, который снова преодолел заклинание немоты.

— Уверен, потому что я и об этом тоже позаботился! — насмешливо парировал демон прогресса и науки.

— Аваддон — тебе этого не простит! — прошипел демон страха.

Однако, что ему ответил на это Бельфегор, Милдред уже не слышала. Она ещё какое-то время воспринимала перепалку демонов как небольшой эфирный шум, но уже на четвёртом ударе колокола погруженная в собственные мысли — она перестала слышать, что либо, кроме ударов собственного сердца.

Пятый удар сердца…

Перед её мысленном взором возникла уже знакомая ей Мадонна в голубых одеяниях с раскинутыми для объятия руками и всепрощающей улыбкой на устах. В добрых и мудрых глазах Святой светилась надежда и девушка почему-то решила вдруг, что надеется она на неё, на Милдред.

Шестой…

«Надежда придает силы, а страх и сомнения их отнимают!» — отчетливо произнесла Мадонна и превратилась в огромную стаю голубей, которые опустились на землю и теперь спокойно и умиротворенно расхаживали вокруг девушки, воздевшей к небу руки.

Семь — прошептало сердце.

Птиц вдруг стало так много, что куда бы Милдред не посмотрела, взгляд её натыкался на ковёр, словно бы сотканный из белоснежных голубок.

Нет, не голубок, а надежд — поняла девушка. Каждый голубь олицетворяет собой надежду. Не только мою. А всех тех людей, которых я защищу от кошмаров, изгнав демона ужаса из нашего мира.

Восемь — пробило её сердце.

И Милдред прорвало…

Да и у неё самой было просто несметное количество надежд, как личных, так и на благо человечества.

Девять — сообщило ей сердце.

В небо одна за другой стали вспархивать ее голуби-надежды.

Десять — набатом ударило сердце.

Микаэль не верит в то, что для него всё ещё есть надежда…

«Ну что ж, тогда у меня для него сюрприз! Потому что у меня есть надежда и для него тоже», — подумала она.

Одиннадцать — в унисон с колоколом пробило её сердце.

Милдред посмотрела на руну в надежде, что та поняла её правильно. И вздохнула полной грудью.

Двенадцать — пробил колокол. Двенадцать вторило колоколу её сердце.

Милдред понятия не имела, что именно Соулу прочитала в её сердце и какую песнь, в результате, исполнила ее душа. Однако, когда с двенадцатым ударом часов Блик надежды отправился прямиком в Вааса и заставил его рассыпаться на тысячи черных мошек, которых тут же атаковали и слопали тысячей белых голубей, она испытывала настолько небывалый душевной подъем, что даже припомнить не смогла, когда вообще ей было так же легко и спокойно на душе.