Год Горгиппии - Софа Вернер Страница 52

— Так будет даже лучше, – приглушённо и хором отвечают мне Парфелиус и Атхенайя. Задуманная ими схема проведения Игр настолько сложно реализуема, что браться за неё за пару десятков восходов до назначенного времени – сумасшествие. Я почти ощущаю острие клинка на своём «бараньем» животе.

Возможно, наследница Солнца и правда подарит нам новый, ни на что не похожий восход, получив благословение не только от Отца, но и от народа Союза, который вверит свою общность ей как символу. Сможет ли её рука поднять и удержать этот тяжёлый факел?

— Я продолжу тренировать её ещё интенсивнее, – напоминаю, что мы возлагаем все надежды на совсем не атлетичную царевну.

— А я улажу вопросы с золотом для Игр и прочими скучными вещами, – Парфелиус обнимает меня по-братски и подталкивает к выходу.

— Всё остальное, получается, на мне? – фыркает Атхенайя и, как всегда, оказывается права.

ШАМСИЯ

Гостевые ячейки Института для поступающих и иных его гостей

Совершенно странной мне кажется карта известного мира: Скифия на ней сливается с пустошью. Зачем мы нужны Союзу?

Я гляжу на рисунок этой карты на стене несколько раз, когда брожу по лекционным пространствам туда-сюда, пытаясь найти своё место. Уже несколько восходов я бесцельно провожу здесь, в Институте. В чуждой мне республике – раздумывая о судьбе родной, бьющейся с Ветром далеко от меня.

Охотиться здесь негде, и мои затупленные стрелы с луком томятся в углу маленькой ячейки. Здесь помещаются лишь два уровня лежанок и небольшой камень для… не знаю, для чего он. Складываю на него бронзовые колечки, которые снимаю с волос на ночь. Чтобы я не мешалась под ногами, Ша вынудила меня принять от Института в дар возможность остаться здесь, а сама примкнула к совету правителей. Она воспользовалась долгожданной возможностью представлять Скифию, хотя Племя Ветра – не самое большое и титулованное на нашей степной земле. Только синды об этом не знают, а Ша убедительна. От скуки по дому хочется выть.

Я хочу звериные шкуры и мягкую землю, хочу засыпать под вой степных собак. Хочу домой – но не знаю, как туда добраться без племени, они-то остаются здесь – но отдельно от меня. Я преемница Ша, но не смогу вынудить племя уйти за мной, пока здесь празднуются Игры. Мне самой хочется их застать, но дождаться не хватает терпения.

Я не хочу становиться Владыкой, пока не одержу победу на Играх, – только мне не позволят в них участвовать, потому что атлетов выдвигает республика. Ша не пустит меня.

Синдика вся состоит из камня. Они живут внутри каменных домов. Гулять совершенно негде – люди снуют от арки до арки и прячутся внутри камней, – и в этом негостеприимном мире у меня нет знакомых. Моё племя осталось посмотреть на Игры, осев на одном месте дольше, чем обычно; Ниару же вернулась на границу. Я ожидаю «особого распоряжения» по своей «необычной ситуации» – то есть мной должны заняться лекари, – но ничего не происходит. Где эти лекари? Что они будут со мной делать? От чего меня лечить?

Лунная длинная лихорадка меня отпустила – живот больше не тянет, тело не ломит, крови почти нет; но я всё равно ограничена в движениях, потому что Институт мне покинуть не разрешают. Я щурюсь, глядя на Солнце через арку прохода, который опустел – студенты ушли на занятия. Мне дали факультативы на выбор – что бы это ни значило, – но ни одно направление не подходит моим способностям. Факультатива выделки пушнины не нашлось; пахать сухую землю и выращивать на ней неприхотливые травы – этому ремеслу в Институте не учат. Скифское искусство – выжигать узоры на подстилках для мягкого сна на земле, скифская лженаука – охотиться на зверя по его правилам. Всё мимо.