Притворный герой - Медина Мирай Страница 53

— Иван знает? – Эймери сжал в кулаках края одеяла. – Она заходила?

— Нет и нет. Скорее всего, еще спит. Весь вечер орала из-за каких-то футболистов, а потом всю ночь на полной громкости смотрела сериалы. Как я понял, ей нравятся мелодрамы.

— Прекрасно…

— То, что ей нравятся мелодрамы?

Эймери устало посмотрел на Азаруэля.

— Ладно, это правда не смешно. – Он встал у стены рядом с кроватью и скрестил руки на груди. – Итак. Что это было, расскажешь?

— Нет. Это неважно.

— Парень. – Азаруэль и не думал уступать. – Я вообще-то вчера решил, что ты умираешь. Будь так добр объясниться. Почему ты был напуган так, словно за тобой гнались, и грохнулся прямо на меня? Тебя отравили?

— Нет, – Эймери скривил губы. – Я просто устал.

— Думаешь, я не знаю, как выглядят уставшие и отравленные люди?

Эймери цокнул языком, отбросил одеяло и медленно перекинул ноги через край кровати. Кажется, он хотел встать, но сил не хватало. Все на свою вредность и ложь потратил. Азаруэль обошел кровать и встал к Эймери лицом, чтобы наконец увидеть его глаза. Но Эймери взгляда явно избегал.

— У тебя тоже полно своих тайн, – напомнил он и, поколебавшись, предложил: – Хорошо, я расскажу, но взамен…

— Значит так, – мрачно оборвал Азаруэль, едва сдержавшись, чтобы не топнуть ногой от этого торга, – я сейчас сдаю тебя Иван, и мы вместе со скандалом выясняем, во что ты влез. Или ты рассказываешь все только мне, а Иван и дальше живет с мыслью, что у ее дорогого друга все хорошо.

Эймери недовольно усмехнулся, но спорить неожиданно не стал. Он опять залез на кровать и лег на бок, подтягивая одеяло повыше и оставляя открытой только половину лица.

— Да, за мной гнались, – глухо пробормотал он. – И да, меня отравили, чтобы было проще поймать.

— Кто?

— Пообещай, что не расскажешь Иван.

— Обещаю.

— Я серьезно, – Эймери метнул на него режущий взгляд. – Пообещай.

Пришла очередь Азаруэля кривить губы. Он был уверен, что в любом случае узнает правду об Эймери от своего информатора, но услышать все из первых уст тоже не помешало бы.

— Обещаю, – выдохнул он.

Глаза Эймери беспокойно забегали по комнате. Его замешательство и смятение не переставали поражать Азаруэля, за этим явно крылось что-то непростое. И все-таки какое удовольствие видеть этого наглеца таким – беззащитным, тихим и потерянным. Не строящим из себя непонятно что.

— Меня усыновили, чтобы продать в рабство.

Азаруэля словно молния ударила. И даже мысли об их с Эймери негласном соперничестве куда-то испарились.

— В смысле?

— Я из России. Мои американские «родители», если так можно их назвать, забрали из приюта меня и еще одну девочку, Лену, – Эймери замолчал, сомкнул губы, будто потерял дар речи, но спустя мгновение, сглотнув, продолжил: – Она была мне как старшая сестра. Нас привезли в США, в какой-то небольшой город. Название не знаю, у нас были завязаны глаза и я не увидел табличку. Очень быстро я понял, что с моей «семьей» что-то не так. В нашем доме было много детей, в том числе малышей, которых, как я позже выяснил, держали на передержке, пока их не забирали заказчики. На органы, в богатые дома, в наркокартели. Я быстро понял, что мы с Леной в опасности и должны бежать. Я ждал возможности и однажды дождался во время переезда в другой дом. Была ночь. Наш «отец» остановился на заправке в районе заброшенного завода и вышел из машины, защелкнув двери. За секунды до этого я успел приложить руку к ручке двери так, что когда «папа» снаружи нажал на кнопку блокировки дверей, моя дверь не закрылась. Мы дождались, когда он зайдет в магазин, выскочили из машины и кинулись прочь. Он побежал за нами. Мы спрятались в бетонных трубах, но… Лену он нашел. – Эймери сжал в кулаках одеяло. – Я хотел ее спасти, но понял, что не смогу и… Просто лежал, закрыв рот руками, чтобы дышать потише. А когда свет фонарика упал и на меня, я кинулся прочь. Лена кричала, чтобы я не останавливался. И я бежал до самого леса, переждал там немного, нашел какой-то грузовичок с открытым багажником и залез в него. Он привез меня в Нью-Йорк.