Принц ночной крови - Молли Чан Страница 55

— Если так на это смотреть, может, наше изгнание и к лучшему, – согласилась я. – Если бы ты критиковала императора в столице, уже осталась бы без головы.

Я собралась было подняться, отнести пустые миски из-под лапши и пельменей обратно, когда к нам, прихрамывая, кто-то подошел.

Лу Бао.

У меня сдавило грудь от жалости к нему.

— Мама попросила принести ей миски, – объяснил он. – Скоро у нее будет наплыв едоков.

— О, я как раз…

— Нет-нет, я сам, – со смехом ответил Лу Бао, показывая на деревянную ногу. – Мне полезно практиковаться. Привыкать потихоньку.

— Спасибо, – сказали мы с Фанъюнь одновременно и протянули миски ему.

Он вежливо нам улыбнулся и ушел. Сестра подалась ко мне и смахнула с моей щеки слезу. А я даже не заметила, что расплакалась.

— Враждующие Земли последнюю тысячу лет не знали покоя, – сказала Фанъюнь. – Вечно происходили какие-то конфликты, борьба за территорию между разными династиями. Просто на нашем с тобой веку впервые все это подошло близко к дому. Уверена, Лан Есюэ развязал войну не из-за тебя. А из-за своей алчности.

«Ты станешь императрицей над всеми императрицами», – сказал он тогда, в пещере.

— Я думала, что мои кошмары не сбудутся, если мы покинем дворец, но, похоже, я сделала только хуже.

— Какие кошмары?

Я мысленно себя отчитала за то, как легко проговорилась.

— Ну… Кошмары о том, что мое пророчество навлечет на Ронг страшную беду.

— Ты всего лишь обычная девушка, Фэй. От тебя ничего не зависит. И вообще, как знать, сбываются ли все эти предсказания?

Права ли она? В пророчестве меня назвали сошедшей с небес богиней. Метка феникса показывала мне будущее, а это не подвластно ни одному смертному. Вдруг это все всерьез? И я могла бы помочь народу всего континента, но затягиваю его страдания, скрываясь от своей судьбы?

— Ты бы не хотела записаться в армию? – неожиданно спросила Фанъюнь. – Жалко, что женщин туда не пускают.

— Нет, не хотела бы, – тихо произнесла я. – Лучше бы император и юношей с мужчинами пожалел и сам вышел бы на бой с Есюэ. На дуэль. Победитель получает все.

Фанъюнь рассмеялась. А потом спросила чуть тише:

— Правда, что там, в горах, ты спасла ему жизнь?

Сердце екнуло у меня в груди, но в глазах сестры я увидела не укор, а всего лишь любопытство.

Мне вспомнилась кровь на снегу. Вспомнился раненый взгляд Есюэ после того, как я вонзила меч ему в грудь.

— Да, и это величайшая ошибка в моей жизни.

Лучше бы я пронзила его проклятое сердце.

— Не твоя вина, что мужчины не способны пережить удар по своему самолюбию, – сказала Фанъюнь без какого-либо осуждения в голосе. – Фэй, чем ты занималась все эти месяцы, кроме охоты? И не надо меня обманывать. На какие пейзажи можно любоваться зимой? Все вокруг покрыто льдом и снегом. К тому же ты терпеть не можешь холод!

«Пытаюсь избавиться от пророчества», – ответила бы я, но боялась, что она не поймет. Или хуже: осознает, что я в самом деле проклятие нашей земли, а не доброе предзнаменование. Причина, по которой молодые люди вроде Лу Бао попадают на войну и сражаются за честь императора, что никогда не потрудился бы даже узнать их имена.

Я не успела ничего ответить. Раздался громкий стук копыт, и на рынке все стихло. По улице проезжали солдаты в красном, и от них повсюду разлетались снег и влажная грязь.