Все чудовища Севера - Ана Тхия Страница 56

Улла вывернулась из-под руки.

— Хватит меня дурить. Лучше…

— Лучше что? Помочь тебе?

Просить о помощи Улле совсем не хотелось, но с тех пор, как она выбралась из Скогли и отправилась исследовать этот огромный погибающий мир, ей всё больше казалось, что она ничего толком не понимает. Те крохотные крупицы знаний, что мать успела передать ей, годились для простой деревенской жизни.

— Да, мне нужна помощь, – тихо выдохнула Улла. – Боги, волки, люди… Все требуют от меня слишком многого. Я думала, что знаю, что делать. Ты ведь тоже была вёльвой?

— Была?! – неожиданно резко рявкнула Хейд, а на лице её будто сгустились тучи. – Я была, есть и всегда буду одной из могущественнейших прорицательниц, которых видели Девять Миров. И на то, чтобы так себя называть, у меня гораздо больше причин, чем у тебя для твоего бахвальства.

Улла только поджала губы, ощущая инстинктивно, что Хейд говорит правду.

— Ладно, – её лицо расслабилось, и даже появился лёгкий румянец на щеках. – Ты спесива, но на то у нас совсем нет времени – Рагнарёк уже наступил, давно пора действовать. Так что я подскажу тебе, как слышать тех, кого следует.

Теперь всё больше казалось, что Фенрир всё заведомо знал. И не только ради поклонения этих людей направил сюда Уллу. Если раньше она виделась себе самой умной и сведущей, то теперь ощущала себя частью чужих планов.

Их разговор прервали голоса, так непривычно начавшие жужжать. В сгущающихся сумерках уже разожгли костры – еле заметные кем-то издалека, но наполнившие всё вокруг уютным теплом. Те, кто весь день занимался делами, отложили их и начали дружно переговариваться друг с другом.

— Люди здесь совсем другие. Отличаются от тех, с которыми я была раньше… – отвлеклась Улла от их разговора.

— А что твои люди?

— Бежали в панике, спорили, кидались друг на друга, не знали, что им делать…

— Разве ты сама не знаешь? Смерть Бальдра нарушила главный из законов богов, – пожала плечами темноволосая вёльва. – А если боги не в ладах друг с другом, то и людям нет правил. Кто-то поднимает народы на войну, кто-то способен убить отца и брата, все собачатся из-за голода и холода, вожди более не имеют почёта…

Улла тяжело сглотнула, понимая, что так всё и случилось.

К дубу тяжёлой поступью вышел Веульв. Улла не видела его весь день – вероятно, он, как и многие мужчины, был на охоте, судя по крови, запёкшейся на рубахе. Он присел на корточки перед берсерком, чьё тело теперь обмякло от усталости после приступа ярости, и заговорил с ним тихим, хрипловатым голосом, каким отцы говорят с больными детьми.

По прерывистым стонам воина можно было понять глубину его раскаяния – он то и дело дёргал плотно связанной рукой, будто намереваясь ударить себя кулаком в грудь. Но Веульв лишь ободряюще сжал его плечо своей огромной лапой, покрытой рисунками, и лично развязал узлы пут. Освобождённого под руки отвели к ближайшему костру, где женщина – старенькая, сгорбленная – вручила ему лепёшку и кружку с густым медовым напитком, который он осушил залпом.

— Займемся делами завтра, – мягко прошептала Хейд и кивнула на вождя. – А пока послушай его. Я вижу, что в тебе бушует буря, дочь Веульва. И причина ей не только ушедшие законы богов. Но вглядись в этих людей, послушай их! Чем быстрее ты, маленькая вёльва, поймёшь, против кого не стоит идти войной, тем дольше проживёшь, пока в тебе есть нужда…