Чёрный Город - Влада Ольховская Страница 58

— Как же ты заставишь меня передумать? Ты думаешь, я блефую?

— Нет, не блефуешь и не набиваешь себе цену. Ты за эти годы прошел десятки тестов, и все они показали… Ну, если называть вещи своими именами, показали, что ты дебил, хоть и функциональный. Это не случайность, ты намеренно занижал свои показатели, чтобы защитить полоумную мать.

— Этим ты надеешься получить мою симпатию? – сухо поинтересовался Марк.

— Как минимум тем, что не вру тебе, а теперь дослушай, пока язык не вырвала – в том будущем, которое я для тебя задумала, умение говорить не особо нужно. То, что ты сделал для своей матери, и что теперь пытаешься сделать для этого мертвого полицейского… это признак верности. Судя по тому, что мне удалось узнать, ты не особо близок с вдовой полицейского, но, если она позовет тебя на помощь, ты придешь, даже жертвуя собственными интересами. И когда ты решился на смерть в день атаки хазаров, люди были тебе не безразличны – даже если тебе плевать на интересы каждого из них по отдельности. Мне нужна такая верность с твоей стороны.

— Черному Городу?

— Лично мне! – снова рассмеялась Жрица. – Как минимум, для начала.

— И ты намерена получить ее угрозами вырвать мне язык?

— Тут никакие действия не помогут, верность возникает на основе симпатии, зона чувств, контролировать сложнее. И это плохая новость для меня. А хорошая новость в том, что высока вероятность добровольной симпатии по мере того, как мы будем общаться: при всех твоих талантах, ты не сможешь интуитивно разобраться в работе усовершенствованного нейромодуля, понадобится обучение, и учить тебя буду лично я, я свои находки не отдаю!

— Я не согласился на операцию, – напомнил Марк.

— Согласишься еще.

— С чего бы? Скажешь, я ошибся, тогда я видел на стенах не кровь?

— Если это красное, как кровь, и смердит, как кровь, это наверняка она, – рассудила Жрица.

— Не человеческая?

— Разумеется, человеческая, животных в Черный Город не пускают! Ничего мистического в этом не было, просто фильтры в утилизаторе забились, такое в прошлом часто случалось. Теперь уже нет, всего-то и требовалось, что паре наладчиков руки оторвать, и тут же выяснилось, что все на самом деле умеют работать!

— И как это поможет мне заинтересоваться новым будущим?

— Никак. Тебе поможет прогулка, собирайся!

Тут ему пришлось подчиниться. Марк и правда готов был на смерть, если на него продолжат давить, но уж точно смерть не глупую, не в попытке изобразить капризного ребенка, который отказывается вылезать из кроватки.

Над поселком уже сгущался вечер, наступал комендантский час. Люди спешили по домам, многие смотрели на Марка с любопытством и тревогой, они знали, что с ним произошло, даже если не наблюдали за этим лично. Да уж, если его и оставят в поселке, косые взгляды ему придется терпеть еще очень долго… Хорошо, что они не имеют значения.

Марк искал привычное спокойствие, но пока оно ускользало: через пустоту пробивалась боль. Мысли о матери и прошлом все еще могли ранить его, надо же… Он не жалел о том, что перечеркнул собственную жизнь, он все равно не хотел повышения. Он просто начинал подозревать, что роли обычного оператора-хирурга ему теперь будет недостаточно, и пока не представлял, как с этим смириться.

Ну и что тогда, подчиниться Черному Городу? Или лично Жрице – и убедить себя, что это не то же самое?