Сладкая для инкуба - Лолита Моро Страница 59

— Прикройся, – посоветовал тюремщик. И пропихнул между прутьями тряпку.

Это оказался обрывок грязного полотенца. Судя по запаху – из личных запасов надсмотрщика. Я изумился. Неужели здешнему начальству жаль нормальной одежды? Хотя бы бриджи подкинули, фиг с ними, со штанами? Так боятся меня? Ненавидят? Не понимаю.

Я обмотался ветошью, как сумел, и приготовился.

Дверь распахнулась, но толстая решетка в проеме осталась. Коренастый мужик со знакомым запахом вынес табурет и поставил. Погрозил мне пальцем:

— Веди себя хорошо. А то накажу.

Я улыбнулся и кивнул. После семи дней тупого разглядывания в черной комнате черных камней смотреть на живого человека было приятно.

Пришла Ми. Разумеется, она закуталась в плащ до самого носа. Но разве можно меня обмануть!

— Привет, котенок! Решила включить мозг? – я расхохотался. Рад был главной тюремщице своей.

— Замолчи, нечисть! – прошипела девушка.

Неужели и здесь подслушивают? Я наклонил голову к плечу и поглядел на барышню умильно. Соскучился.

— Ты поседел? – вдруг раздался испуганный шепот.

Капюшон упал с изящной девичьей головки. Большие зеленовато-карие глаза смотрели с болью.

— Разумеется, – я важно кивнул. Сделал пару мелких шагов к зарешеченному проему, – любой поседел бы от таких условий содержания. Средневековье натуральное.

— Ты мог пожаловаться, – неуверенно проговорила Ми. Положила ладошку на перекрестье железных прутьев.

Где-то очень далеко пробился голосок флейты и пропал. Померещился?

Белая ладонь с овальными серебристыми ноготками сжала сырой влажный чугун. Это был серьезный просчет службы безопасности высокородной девицы. Я мог бы легко сейчас втянуть ее руку в камеру и откусить, например. И ку-ку! осталась бы Глава провинции без правой конечности. Кстати:

— Ты выходишь замуж, Ми?

— Почему тебя это интересует? – она мгновенно сделалась высокородной и высокомерной. И руку с решетки убрала.

— Ваще не интересует. Так спросил, из вежливости.

Я ухмыльнулся и встал к красавице боком. Ненадежная тряпка опасно шевельнулась на бедрах. Я соскучился без вариантов.

— Чо пришла?

— У меня есть к вам два вопроса, мсье Ламберт, – быстро проговорила девушка, словно страшилась передумать.

— Во-первых, расскажи, что мне будет за ответы, – я поглядел ей в глазки и нахально облизнул рот, – и во-вторых, я не мсье. Котенок.

— Что значит – будет? – надменно задрала подбородок к потолку Глава провинции. Остальные слова игнорировала.

— Я не собираюсь удовлетворять твое любопытство даром. Баш на баш. Мне здесь не нравится, Ми. Я хочу на свободу, – я теперь источал само дружелюбие.

Прислушивался. Но к большому огорчению, никаких звуков не слышалось во мне. Ми больше не сочиняет мелодий? Вряд ли. Вероятнее всего, она научилась их прятать надежнее, чем раньше.

— У тебя нет ничего, что стоит свободы, – сказала она после короткой паузы. Как мне почудилось, с сожалением.

— Может быть, ты плохо подумала? – я отошел от двери вглубь камеры, – смотри, малыш. Я выйду отсюда по-любому. А ты упустишь шанс.

Я скрестил руки на груди и глубокомысленно заткнулся.

Воцарилась длинная пауза. Мила снова подошла опасно близко к решетке. Потом произнесла едва слышно:

— Почему ты не довел дело до конца, Хью?

Я сделал вид, что, то ли не понял, то ли не расслышал. Помалкивал.