Мой бывший за 500 золотых - Кира Эро Страница 59

— Сколько тебе лет, Вериан? — я прищурилась, рассматривая его поникшую фигуру. — Давай-ка посчитаем. Триста тридцать пять в этом году?

На его губах промелькнула слабая тень улыбки:

— Триста тридцать шесть.

— И ты до сих пор не научился говорить. Словами, — я фыркнула, снова запуская пальцы в его волосы, но на этот раз мягче. Они были такими шелковистыми, что мне захотелось зарыться в них лицом. Я немедленно отогнала эту мысль. — Знаешь, как помогает? Вместо этого поставил на меня брачную метку, черт бы тебя побрал. И сбежал.

По мере того, как я говорила, руны на запястье начали светиться ярче. Вериан опустил глаза, и это почему-то разозлило меня ещё сильнее. От моих пальцев начал исходить лёгкий дымок — плохой знак. Очень плохой.

— Да, я консультировалась с работорговцем, — продолжила я, с трудом контролируя голос, чтобы не сорваться на крик. Температура в комнате заметно повысилась. — Потому что эти проныры лучше всего знают, как составлять бумаги об освобождении. Да, сняла с тебя всё. Потому что у тебя, придурок, раны на шее были. И под ошейником шанса зажить у них было ноль.

— Айвиэль… — он поднял голову, и в его глазах я увидела такое потрясение, что на мгновение потеряла дар речи.

— Свобода? — прошептал он, словно само это слово было для него чем-то невероятным.

Внутри меня что-то болезненно сжалось.

— Нет-нет-нет, — я покачала головой, чувствуя, как губы растягиваются в язвительной улыбке. — Теперь-то я уж точно передумала. Я тебе даже больше скажу, раз ты можешь попасть в такую переделку, я тебе устрою весёлую жизнь, дроу.

Я демонстративно вытянула руку с пульсирующими рунами:

— Рассказывай.

Вериан сглотнул, и я невольно проследила взглядом за движением его кадыка. Вот ведь наказание богов — даже злясь на него до чёртиков, я не могла не замечать, насколько он красив.

— Айви, я хочу, чтобы ты жила долго, — тихо произнёс он. — Связанные жизненные силы. Я… не могу и не хочу без тебя. Я три года пробовал, мне не понравилось, — добавил он с горькой усмешкой.

Сердце пропустило удар, а потом заколотилось с утроенной скоростью. Вот тебе и признание. Не то чтобы я мечтала услышать его именно в таких обстоятельствах. И не то чтобы я вообще мечтала его услышать после всего, что между нами произошло. Я подавила в себе волну нежности и заменила её праведным гневом.

Получалось, честно говоря, не очень.

— Вериан, я не дроу! — я подалась вперёд, практически оказавшись с ним нос к носу. — Это в вашем матриархате чёртовом можно тебя выбросить как тряпку, понимаешь? А я — не дроу.

Он поднял на меня странный взгляд, в котором смешались горечь и что-то, похожее на надежду:

— Когда тебе что-то вбивают больше сотни лет, сложно избавиться от этого. Женщины у нас не спрашивают, берут, и когда ты купила меня…

Я почувствовала, как к щекам приливает жар, и это не имело ничего общего с моей магией. Мысли о том, что я могла бы с ним «сделать», вызвали в теле предательскую дрожь, и я поспешила переключиться на гнев. С гневом было проще.

— Вериан, — я глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. — Я была чертовски зла. Три года назад ты назвал меня примитивной человечкой, годной в рабыни. Хочешь честно — не было ни дня, когда бы я не вспоминала, как было больно.

Его лицо дрогнуло, и в глубине глаз промелькнула тень раскаяния. Что ж, хоть на что-то этот каменный истукан способен.