Случайная свадьба. Одна зима до любви - Елена Княжина Страница 64

Ямочка — что прицел…

— Я не умею так отдавать, — промямлила взволнованно.

Я вообще ничего не умею! Откуда бы уметь, несколько лет проведя в одинокой пустоте Хоулден-Холла?

Если бы не демонова боль, крутившая каждую жилку в теле, ситуация могла бы выглядеть пикантной. Она, быть может, такой и была. Но я не вдумывалась, норовя в любой миг впасть в забытье.

Эта боль… Мука! То взрывная и острая, то тягучая, упорная, выискивающая предел терпения… А до предела не так уж много осталось.

— Сам возьму! — фыркнул Вольган и яростно припал к моему рту.

— Ммм! — дернулась испуганно.

Богини милостивые… Это какая-то новая грань ректорского сумасшествия.

Одно дело — кинжалом резать студенток в чужих кабинетах, и совсем другое — жарко их целовать… В этих самых кабинетах. Ни разу это не походило на целительскую процедуру!

Его язык вплетался в меня, как еще один жгутик мрака. Терпко, пряно, остро, жадно. Разрывая границы и обезболивая через шок…

Казалось, Влад вовсе не забирает. По большей части — отдает: его необычный солоноватый вкус заполнил весь мой рот. А в ушах… в ушах слышался шепот…

Бери… твой… вкусный… сладко… обними…

Это у ректора в голове звучит или у меня?

Гулкий, соблазняющий хрип шел будто из живота. Ласкал виски, вплетался в мысли. И не было никаких сил ему сопротивляться.

Ответь… отдай себя… забери свое…

Сам тэр Вольган не мог этого шептать. Я свидетельница, его рот был совершенно другим занят!

Нас кружило мрачным водоворотом, заливало друг в друга, впечатывало телом в тело — до боли и искр… Как огромный магический магнит, разделенный на две части волей случая.

— Мммм, — мычала уже не столько от боли или возмущения, сколько от жара внутри.

Под ребрами полыхало так, что не было сомнений: убьет меня вовсе не темный дар. Сама сгорю, вот прямо здесь, сейчас…

Зачем он целует так жарко? Так крепко? Это точно входит в методику?

— Ох, демоны задери… как же непросто… когда он везде… в вас, во мне… — порыкивал Вольган, прикусывая мои губы.

Он будто вовсе забыл, зачем «процедуру» затеял. И что именно собирался брать.

Меня приподняли за талию и куда-то потащили. Кажется, к пыльному книжному стеллажу.

Разношенные сапожки свалились на пол, и я нервно заболтала в воздухе босыми ногами.

Нужный… твой… бери… отдай…

— Вы это… вы слышите? — прошептала, испуганно впиваясь ногтями в синюю рубашку.

Меня вмяли в какую-то полочку и придавили чужим телом. Пах тэр Вольган вовсе не морями и пустошами… Пах тэр Вольган темным желанием и удушающе горькой страстью.

— Я слышу другое… Свое, Лара. Вам лучше не знать, что именно, — покаялся ректор и с напором впился в меня, надеясь вживиться намертво. Рот в рот. — Мрак… он… весьма затейливо умеет отвлечь от целей…

Перед глазами искрило так, что хотелось зажмуриться. Но что-то мешало. Голова кружилась, ориентиры сбивались… Картинка складывалась из быстрых мазков и дополнялась ощущениями — звуком, вкусом, непривычной сладостью прикосновений.

Чернота. И серебро волос. Опять чернота. Зрачки… И помутневшие ледяные радужки, забирающие в ночь. Чернота…

И ошпаренная ладонь на моей коленке.

Я задергала ногами сильнее, привлекая внимание к проблеме. Но Влад увлеченно исследовал мой рот и…

Вкусный… терпкий… так манит… ты хочешь тоже… позволь… успокойся…