Лютумвиль. Королевство огня и глины - Антон Мамон Страница 64

Слугам не пришлось хлопотать над созданием образа для Регины. Она самостоятельно причесала волосы и облачилась в платье с пышными рукавами. Фрейлинам осталась самая малость: затянуть корсет и поднести парфюм. В тот вечер королева соблазнилась сочетанием бергамота, лимона и нероли. Завершив подготовку, Де Люта решила провести оставшееся время за прогулкой. Ей, как и всегда, требовалось уединение, чтобы успокоить мысли.

В качестве укромного местечка, где никто не потревожит ее покой, был выбран Солисвиль, безлюдный городок, примыкавший к Лютумвилю. Когда-то очень давно Регина мечтала заселить эту местность творческой элитой, самыми выдающимися талантами из различных областей искусства. Тогда это казалось блестящей идеей… Но шли годы, а задумка не воплощалась. Сначала монархине не хватало времени, а после – желания. В конечном итоге Солисвиль так и не заполнили голоса. Его территорию оградили, а по периметру дежурили часовые.

Одна лишь Регина имела право навещать заброшенный недострой. Вид пустующих домов и бесхозных лавок удручал ее. Она, как главный архитектор Лютумвиля, с грустью размышляла о том, что его продолжение, вероятно, так и останется мечтой на бумаге. Проектом, что так живо виделся однажды, но окончательно погиб вместе с желанием творить. Наверное, это и есть он, знаменитый творческий кризис? Рано или поздно с ним встречается каждый художник. Но если писатель может годами без толку марать бумагу и хранить это в тайне ото всех, то о мертворожденном детище Регины знал практически каждый. И это терзало ее гордыню.

Монархиня не питала иллюзий относительно будущего. Она, в отличие от бестолковых кукол, знала правду. Ту самую правду, что не объявит глашатай с высокой трибуны. Правду, которую можно было уместить в одном-единственном предложении: «Регина окончательно утратила интерес к жизни». Теперь все ее действия были направлены на поддержание себя в относительной норме. А до нужд и интересов других владычице вовсе не было дела.

Регина не помнила, когда в последний раз испытывала радость, садясь за гончарный круг. Она всячески избегала новых творений, перепоручая их близнецам-помощникам. Эти двое взвалили на себя большую часть работы. Они искусно лепили новые формы и недостающие детали, собирали воедино фигуры и вели учет новых жителей. Единственное, что требовалось от Регины – распалить искорку жизни в готовой скульптуре, но и с этим она справлялась из рук вон плохо. Накопившаяся усталость взращивала апатию. Де Люта решительно не хотела больше править королевством, но все еще находилась у него в заложниках.

Лютумвиль закономерно вырождался. Его правительница делала вид, что не замечает острую нехватку слуг во дворце. Прогуливаясь по Солисвилю, монархиня думала о том, что однажды и столица станет чем-то подобным: немой безлюдной пустыней, одной большой могильной плитой на месте некогда процветающего города…

Мрачным размышлениям Регины довелось прерваться. Как и любой монарх, Де Люта не имела возможности уединиться надолго. Ее неторопливые блуждания по городу-призраку оборвались, когда на горизонте возник Люпус. Движением головы он дал понять, что самое время поворачивать обратно. Тулип и Астер были готовы ко встрече во дворце.

Вечер в компании будущих мужа и жены не предвещал сюрпризов. Но стоило Регине перешагнуть порог, как ее охватило странное возбуждение. Точно владычице открылась некая тайна, способная перевернуть все с ног на голову. Она будоражила куда сильнее ароматных вин, изысканных деликатесов и разодетой парочки, терпеливо дожидавшейся встречи.