Крепостная с секретом. Стиральный переворот - Александра Каплунова Страница 69

Я переглянулась с Гаврилой. Тот нахмурился, но кивнул на дверь, мол, давай, стучи.

Я расправила плечи, поправила платок, пригладила выбившуюся из-под него прядку, и только потом решительно постучала.

— Войдите! — раздался голос барина.

Я толкнула дверь и переступила порог. Александр Николаевич по своему обыкновению сидел за столом с кипой бумаг.

— А, мои умельцы! — он отложил перо и поднялся нам навстречу, улыбаясь своей елейной улыбкой. — Проходите, не стесняйтесь. Гаврила, ты можешь сесть вон там, — он указал на кресло у стены. — А тебе, Дарья, лучше здесь устроиться, — барин указал на стул подле стола. — Сейчас мы и поглядим, на что ты горазда.

Я присела на краешек стула, сложив руки на коленях.

— Вот, — барин придвинул ко мне лист бумаги и карандаш. — Давай, рисуй мне свою задумку. Как мельницу чинить собираешься.

Я взглянула на лист — он был размером с мою ладонь, не больше. Карандаш тоже был невеликий, хоть и остро заточенный.

— Александр Николаевич, вы меня уж простите за дерзость, — начала я осторожно, — да только как же я на таком клочке всю мельницу изображу с механизмом?

Барин поднял брови.

— А тебе что, больше места надо?

— Так мельница, она большая, — пожала я плечами. — Механизм сложный. Кабы я игрушку какую рисовала, то и этого бы хватило. А тут такое дело...

Гаврила за моей спиной шумно выдохнул. Видать, испугался, что я барина прогневлю. Но тот, на удивление, не рассердился, а только с большим интересом на меня глянул.

— Ты что, чертежи рисовать умеешь? — спросил он.

— Я же не знаю, как это у господ называется, — я скромно потупилась. — Но ежели потребно все точно изобразить, чтоб по рисунку работать можно было, то да, умею.

Александр Николаевич переглянулся с Гаврилой, и я заметила в его взгляде все растущий интерес.

— И что тебе для этого нужно? — спросил он.

— Ну... — я задумалась, словно вспоминая. Ну не стану ж называть инструменты нужные прямо в лоб? — Лист бумаги большой. Стол ровный... А, и еще та штука, — я показала руками круг, — которой круги ровные рисуют. И та, что углы меряет.

— Циркуль и транспортир? — барин уже не скрывал удивления. Брови на лице молодом вверх дернулись. А несколько прядок с челки на лоб упало.

— Не знаю, как оно называется, — я нарочито пожала плечами. Даже забавно это все было.

Александр Николаевич посмотрел на меня с явным сомнением. В голове у него ну точно не вязалось ожидаемое с действительным. Но все ж он поднялся и подошел к шкафу, отпер его маленьким ключом и достал сверху деревянный ящик. Внутри оказался целый набор инструментов — тут были и циркули разных размеров, и линейки, и транспортиры, и еще какие-то приборы, названий которых я даже не знала.

— Вот, — сказал барин, ставя ящик на стол. — А для чертежа...

Он подошел к другому шкафу и извлек большой лист плотной бумаги.

— Сойдет? — спросил он, расстилая его передо мной.

— Отлично, — кивнула я. — Только вот...

— Что еще? — барина явно забавляла ситуация.

— Простите, барин, но на коленках мне не нарисовать, — я смущенно улыбнулась. — Может, стол какой найдется?

Александр Николаевич оглядел свой кабинет. Его стол был завален бумагами, а других подходящих здесь не имелось.

— Пожалуй, нам лучше перейти в библиотеку, — сказал он после паузы. — Пойдемте.