Вкусная магия - Ольга Пашнина Страница 70

— Да пустите вы меня! – С трудом вырвала конечность из захвата Фолкрита. – Никуда я не сбегу!

— Один раз попыталась, на второй веры нет.

И снова в меня вцепился.

— Да я живу у вас в лавке, куда мне деваться-то? На улице, что ли, спать?

— Для человека, который живет в моей лавке, ты слишком распоясалась. Надо было взяться за твое воспитание раньше.

Очень захотелось его стукнуть. Вот прямо взять и чем-нибудь тяжелым по белобрысой головушке дать. А потом жалеть, супчиками отпаивать и заодно вбивать прописную истину: не надо воспитывать ведьм, они и так слишком воспитанные – законодательство все ж обязывает.

Мы не дошли буквально пару сотен метров – я запнулась о выступивший камень и подвернула ногу. Пришлось Дрэвису остановиться. Я с невольно выступившими слезами на глазах потирала лодыжку.

— Что? – с глухим раздражением поинтересовался Фолкрит.

— Бо-о-ольно! – жалобно протянула я. Подумала и добавила: – А еще холодно.

— Ты бы еще откровеннее платье нацепила.

— Да что вы к моему платью-то привязались! Захотела и надела. Я ваш сотрудник, а не собственность! Что хочу, то ношу!

— Разумеется, если цель – чтобы на тебя все пялились.

— А вам какое дело, кто на меня пялится? Я девушка незамужняя, не обремененная долгом перед родом. Свободная ведьма, открытая для новых знакомств.

— Открытая, значит?

Он опасно приблизился. Но я не дрогнула. Нутром чуяла: отступать нельзя, засчитают за поражение.

— Более чем.

— Так а чего же ты меня не соблазняешь? Я ведь куда привлекательнее всех, кто тебе доступен.

— Это вам Сара сказала? – фыркнула я. – Не слушайте ее, у нее черный пояс по вранью.

Теперь мы стояли настолько близко, что я чувствовала тепло, исходящее от мужчины. И невольно тянулась поближе, так как уже основательно замерзла. Фолкрит вдруг снял пиджак и накинул мне на плечи, от чего я чуть не замурчала – пиджак был теплый и большой. Сразу стало тепло и почти хорошо.

— Значит, то, что ты сегодня сделала, для тебя норма? Может, повторишь на бис исключительно для меня?

— Все в рамках трудовых обязанностей.

— Мы можем договориться и расширить их.

— За кого вы меня принимаете?

В следующий момент меня вдруг поцеловали. Мягко, настойчиво и очень горячо, обжигая губы, мешая дышать. Я никогда еще не целовалась, замерла, шокированная, растерянная. А Дрэвис с каждой секундой заставлял словно падать куда-то, где нет ничего, кроме нового и ошеломляющего касания чужих губ. Чужих и в то же время очень желанных.

Ни разу в жизни я еще не чувствовала, как сладко сжимается все внутри, как замирает сердце и поцелуй становится не просто прикосновением губ, а чем-то очень личным, почти болезненным. Сама не заметила, как руками обвила шею мужчины и неумело, осторожно на поцелуй ответила.

Чем вызвала едва слышный короткий стон. Талию сжали крепче, язык скользнул по моим губам.

Собраться с силами и оттолкнуть его было очень сложно, но я все же решилась. И тут же отступила, задыхаясь, пытаясь вернуть себе ориентацию в пространстве.

— Что вы себе позволяете! – выдохнула я.

— Это ты мне позволила.

— Вы помолвлены!

— Но не женат.

— Это аморально.

— Что? Целовать сестру невесты? А если мне хочется?

— А вы всегда делаете то, что вам хочется? Для вас совсем нет понятия долга? Уважения к невесте?