(Не)желанная истинная северного дракона - Илана Васина Страница 72

Бьёрн сжал рот, и помрачнел.

— Когда я был несмышлёным юнцом, я тоже хотел верить в то, что красные не безумны. И даже подружился с одним тайком от своей семьи. Свейн — так его звали, — он с горечью взглянул на меня, и вдруг расстегнул первые пуговицы рубашки, обнажая грудь.

Ткнул в застарелый шрам.

— Вот чем закончилась наша дружба. Его кинжалом, нацеленным мне в сердце. Этот кинжал до сих пор висит у меня на стене. Как напоминание о том, что красноволосым нельзя верить. Никогда.

Глава 37

Мия

Дослушав историю Бьёрна, я замолчала, обдумывая его слова. Наверняка тиарх рассказал правду, но его правда ломала тот образ Свейна, который сложился у меня в сознании.

Я могла себе представить, что Свейн со своими сородичами когда-то напал на торговый караван. Допускала, что он решил утащить деву с закрытой повозки. Для этого обернулся человеком, но унести добычу не успел. Подоспел Бьёрн — первым из числа тех драгархов, кто охранял караван.

А вот на этом месте у меня начинались проблемы. Когда Бьёрн узнал друга, то замешкался — и в ту самую секунду Свейн ударил его кинжалом в грудь. Караван едва отбили от "красных демонов". Бьёрна выходили. Его спасла удача. Кинжал застрял в ребре, так и не достигнув сердца.

В моей голове не укладывалась эта цепочка событий.

Я всё думала про двух драгархов, сцепившихся там, у горного каравана, не на жизнь, а на смерть. Временами трогала кулон под платьем — подарок Свейна. Вспоминала его почтительные прикосновения. Неужели те же пальцы, которые с трепетом прикасались ко мне, не колеблясь вонзили кинжал в сердце друга?

М-да…

Резко стало не до мертвия и не до разговоров.

— Мы можем продолжить завтра? — попросила я и, заметив, как ярко вспыхнули глаза Бьёрна, быстро добавила: — Нам надо поговорить про мертвий. Я хочу о многом тебя расспросить.

— Конечно, истинная. Мы будем говорить исключительно про мертвий! — уголки его губ дрогнули.

Я с подозрением на него покосилась. Он смеётся?

Но не смогла ничего прочитать по невозмутимому лицу.

— Бьёрн… — пролепетала я.

— Да?

— Мне очень понравился сегодняшний вечер. Точнее… ты мне понравился. Но это ничего не меняет, понимаешь?

Он медленно, напряжённо кивнул.

Такое чувство, что шея с трудом ему подчинялась.

Я поднялась и указала в сторону двери.

— Мы можем вернуться?

Он мотнул головой.

— Ты спрашивала меня, я отвечал. Теперь моя очередь спрашивать, Мия. О тебе.

После откровенности тиарха отказать ему было бы грубо и несправедливо. Поэтому я развела руками, но на скамью не села, показывая всем видом, что не в настроении болтать о себе.

— Хорошо. Я устала, но если ты настаиваешь, то отвечу. Один вопрос, Бьёрн.

— Расскажи, как ты попала под опеку к этому… Как там его? — он наморщился, то ли пытаясь вспомнить имя, то ли выражая своё презрение к моему бывшему жениху.

— К Грегору? — подсказала я.

— Именно. К Грегору.

Бьёрн произнёс имя бывшего с таким отвращением, будто сплюнул с губ.

Я всё-таки села обратно на скамейку.

Второпях говорить о болезненном не хотелось.

Рассказала, как мои родители заболели во время эпидемии красной лихорадки. Нас с Олией уберегла Милайда. Та самая служанка, которая сейчас заботится о сестре, увезла нас тогда из города на целый месяц к себе в деревню.

Мы выжили. А вот родители — нет.