Хозяйка тёмного эльфа - Элис Айт Страница 75

Я оцепенела.

— Альго? – переспросила я зачем-то спустя миг.

Хведер пристально смотрел на меня.

— Он самый.

Не отдавая себе отчет в том, что делаю, я подняла чашку и сделала глоток кофе. До отвращения горький вкус сейчас прекрасно соответствовал тому, что творилось у меня в душе.

Альго, лихой красавец, блестящий фехтовальщик и мой первый мужчина. Не он подал мне идею сбежать в Хелсаррет, но он стал одной из причин, почему я действительно это сделала.

— Похоже, у вас есть какая-то общая и очень личная история, – предположил Хведер, все еще внимательно наблюдавший за мной.

— Да, личная, – согласилась я. – Поэтому ты ни слова из нее не услышишь.

— Дело твое, – сказал он, но дальше рассказывать не продолжил, как будто ждал, что я все-таки заговорю.

Зря надеялся. Это была одна из тех историй, в которых не признаются даже богам.

Предки Альго происходили из старой сенавийской знати, той самой, которая не подчинилась драконам и поплатилась за это. Погибли не все Вальядесы, но они лишились титула, земель и влияния. Спустя два века их потомки отличались от черни только тем, что могли хвастануть в таверне подвигами своего прапрадеда.

Альго был не похож на своих родственников, давно смирившихся с этим положением. Он вступил в число традиционалистов, которые придерживались старых обычаев и норм, царивших в сенавийском обществе до драконьего завоевания, и не боялся критиковать власть. Логично было ожидать, что он тоже за это быстро поплатится, но Альго оказался остер не только на язык. Он отчаянно тренировался с малого возраста и уже безусым юнцом легко мог победить в бою на мечах более старших соперников. К восемнадцати годам он приобрел в Тайезе такую славу, что противники, которых он оскорбил, предпочитали сразу же взять вину на себя и просить прощения, лишь бы не скрещивать с ним клинки на дуэли.

Как можно было в него не влюбиться? По нему сходили с ума все девушки провинции. А он обратил внимание именно на меня. Дело дошло до того, что Альго официально попросил моей руки.

Родители отнеслись к этому без одобрения. В тот момент мне едва-едва стукнуло восемнадцать, Альго – двадцать. Я – дочь богатых плантаторов, он – безродный сорванец со скандальной репутацией. Альго собирался делать военную карьеру и наверняка достиг бы там серьезных успехов, но существовал камень преткновения – в Сенавии невозможно было воевать не под началом драконов. А их мой избранник на дух не переносил…

Все понимали, что рано или поздно Альго докритикует власть до того, что закончит в канаве с десятком колотых ран, и никакие выдающиеся навыки фехтования ему не помогут. Мои родители никак не могли согласиться на мой брак с таким человеком, тем более что они уже получили несколько гораздо более выгодных брачных предложений. Наши чувства в расчет никто не брал.

Альго психанул, ушел в недельный запой, но… решение моих родителей оспаривать не стал. Протрезвев, он с мальчишеской запальчивостью объявил, что уйдет на войну, добьется там богатства и высокого положения и докажет, что меня зря не отдали ему в жены.

И через несколько дней в самом деле уехал.

Он направлялся к восточной границе – с той стороны нам угрожала орда кочевников, от которой уже пострадало несколько соседних стран. Новостей о моем возлюбленном долго не было, и я уверилась, что Альго погиб.