Серпентарий - Ирена Мадир Страница 76

Бумажный пакет со свежей, еще теплой сдобой грел руку, усиливая жар от Инти. Лучи заливали храм, заставляя поверхность его стен сиять и переливаться. Нура прошла внутрь. Там она наткнулась на послушницу, которая тоже узнала ее из-за Кеи. Услышав, что гостья принесла выпечку для Шанти, та сразу же проводила ее к коридору.

— Шанти никто, кроме твоей близняшки, не навещал, – жаловалась незнакомая послушница. – Хорошо, что ты решила навестить ее. Ей нужно общество, хоть она и мало что понимает в реальности… Дойдешь отсюда сама? Дорогу помнишь?

Нура кивнула, а затем поплелась вперед, проходя по уже знакомым помещениям к комнате с табличкой «260». Она неуверенно остановилась у закрытой двери, решая, стоит ли постучать. В итоге для приличия все же постучала и только после заглянула в комнату. Шанти сидела на том же месте в кресле у окна.

— Здравствуй, я кое-что тебе принесла. – Нура просочилась в проход. – Моя сестра носила тебе такие булочки, похоже, тебе нра…

Слова оборвались, потому что Шанти обернулась. Выпечка в бумажном пакете упала на пол, а горло сдавило от ужаса, в висках болезненно застучало. Лицо женщины было алым от крови, ею заволокло даже глаза. Рубиновые капли пачкали одежду и кресло. Со щеки Шанти словно кто-то срезал кусок кожи, который сполз вниз и с отвратительным хлюпаньем упал на пол.

— Предки! – испуганно воскликнула Нура. Она толкнула дверь и выбежала в коридор, к лестнице. – Кто-нибудь! Помогите!

Почти сразу на крик выбежала Жрица. Ее золотые татуировки словно сияли изнутри.

— Ты! Что за вопли? – строго спросила Мадхави, встряхнув Нуру за плечи.

— Т-там… Шанти…

Жрица, не тратя времени, взбежала по лестнице. Нура поспешила за ней. В голове билась лишь одна мысль – что случилось? Кто сделал это с бедняжкой?

В комнате пахло кровью, а Мадхави уже что-то причитала на своем языке. Звучала она больше недовольно, чем напуганно. В руках она держала влажную тряпку, которой осторожно оттирала Шанти, параллельно цепляя куски кожи и стягивая их. Нуру затошнило, пришлось прикрыть рукой нос и рот, чтобы сдержать рвотный позыв. Кое-как она спросила:

— Ч-что случилось?

— Шанти – такая баловница. Иногда она любит пошутить над нами.

— Пошутить? Предки милостивые, она вся в крови!

Мадхави кинула хмурый взгляд из-под бровей:

— Оставь своих предков, здесь Дом богини.

— Извини, я просто… ОНА В КРОВИ!

— Я вижу, не обязательно орать!

Шанти всхлипнула, и лицо Мадхави из раздраженного сделалось милым. Жрица заворковала:

— Прости, лучик мой, прости, мы не ругаемся, а ты молодец. О, какая красивая кожа! Кого ты слепила, дорогая? Снова Суманти? Тебе нравится, как она хрюкает от удивления, а?

Шанти не отвечала, но, похоже, расслабилась. А Нура медленно двинулась вперед, заглядывая в почти чистое лицо, которое вовсе не походило на то кукольное, что было прежде, оно было…

— Это какая-то шутка?

— Я же сказала, Шанти бывает баловницей, – вздохнула Мадхави, стирая кровь с лица Суманти.

Несмотря на то что Нура плохо помнила послушницу, она могла бы узнать ее. И сейчас она ясно видела ее, разве что… Острые уши все еще свидетельствовали о том, что перед ней Шанти.

— Как? – Вопрос задрожал в воздухе.

— Она темная эльфийка, – ответила Мадхави, будто это все объясняло.