В паутине предательств - Адриана Максимова Страница 76

— Мне самому интересно, – признался Дор.

— Порой любопытство – самое настоящее зло. Тебе не станет легче, если я тебе расскажу об этом, поэтому предпочту оставить этот секрет при себе. Тебе придется с этим смириться. Да и твоему королю тоже, – сказал граф. – Но я по другой причине вытащил тебя на улицу.

— Хочешь рассказать мне про заговор против короля? – спросил Дор и замедлил шаг. Граф остановился и повернулся к Дору.

— Я понимаю, что каждый человек для другого – тень, укутанная в кожу, – сказал граф, глядя Дору в глаза. – Всегда проще думать о другом плохо: ведь мы такие слабые и так падки на искушения! Вероятность в этом ошибиться меньше, как и прослыть наивным идиотом, поверив в чью-то невиновность.

— Хочешь сказать, что история с заговором – это клевета?

— И я даже знаю, кто ее автор. Дор, меня просто хотели отдалить от Дамьяна, потому что им не нравилось то влияние, которое я оказывал на него. Я мешал им, и от меня избавились, как от досадной помехи! – проговорил Рейский.

— О ком ты говоришь?

— О Бернарде и его шайке, конечно! – ответил граф и двинулся вперед. – Ты считал его другом, самым надежным, но он плел интриги у тебя за спиной и хотел устранить.

— Он мертв, ему нечего тебе возразить, – заметил Дор, которому было неприятно такое слышать. – Даже если у тебя есть доказательства.

— Я все больше уверяюсь, что благородство – удел идиотов. Или умалишенных, что вряд ли лучше, – проворчал Рейский. – Доказательства есть, только сомневаюсь, что я успею тебе их показать. Придется тебе поверить мне на слово.

— Допустим, но…

— Ты жив только потому, что его убили, – глухо произнес Рейский. – Со мной он наигрался вдоволь. И продолжает это делать даже сейчас.

— Что происходит, Николас? – строго спросил Дор.

Граф усмехнулся и опустил голову. Погонял воду в луже носком сапога и повернулся к Дору.

— Завтра эту крепость сдадут, – сказал он, глядя герцогу в глаза. – К этому уже все готово, я сам проверял. Всех, кто находится в крепости, отравят за завтраком. Повар об этом уже позаботился. Короля убьют, а королеву отправят в подарок Артею: он будет очень рад новой игрушке. Августин станет правит Касталией и Аталаксией, номинально, конечно. Не думаю, что долго, но пока план таков.

— Кто? – Дор не услышал собственного голоса. Он вспомнил рассказ Кордии о том, что Артей убьет ее и земля качнулась у него под ногами. – Кто за этим стоит?

— Не думай, что это один человек, Дор, – сказал граф.

— Почему ты говоришь мне об этом? – ошарашенно произнес герцог.

— Не хочу умереть предателем, – криво усмехнувшись, сказал граф. – Считай это моим посмертным покаянием. Возможно, ты сумеешь как-то воспользоваться этим. Считай, что я делаю это в память о Дамьяне и его королеве.

— Скажи, кто всем этим управляет? – прохрипел Дор. – Николас, ты же не думаешь, что после такого заявления я оставлю тебя в покое?!

— Генерал Луупа…

Тихий свист оборвал говорящего на полуслове. За ним – звук рвущейся ткани. Стрела попала графу в шею с одной стороны и вышла с другой. Он захрипел, потянул руки к горлу и, пошатнувшись, упал на землю. Дор черной тенью тут же навис над ним.

— Николас, кто предатель? Назови имя! – потребовал он, глядя на умирающего друга. Тот беспомощно хватал губами воздух.