Наследие Оманоске - Софья Соломонова Страница 76

Эрли во многом напоминал Форле, только больше, выше и монументальнее. Жители столицы как будто соревновались друг с другом в высоте своих домов и богатстве украшений на фасадах. Рю все это казалось таким пустым и бессмысленным, невероятные изыски архитектуры и прекрасные скульптуры совсем не радовали глаз.

Каждый раз, когда он проходил мимо таверны, ему хотелось напиться и забыть обо всем плохом, совсем как тогда, в Парте, но он останавливал себя. Он более не мог себе позволить пасть так низко. Да и денег на выпивку у него не было. В итоге он так и слонялся по улицам, несмотря на мороз и отвратительную погоду, ловя на себе удивленные и обеспокоенные взгляды горожан, до которых ему не было никакого дела.

Он мало и беспокойно спал. В снах его преследовали тьма и остекленевшие серые глаза. Недосып и отсутствие аппетита сделали свое дело, Рю знал, что сильно похудел и его лицо выглядело болезненно, а бледность и темные круги под глазами лишь усиливали дурное впечатление. Девка, подававшая ему еду на постоялом дворе, жалела его и всегда накладывала чуть большую порцию, чем всем остальным, но Рю был не в состоянии съесть даже половину. И все это тоже нисколько не волновало юношу.

Но однажды утром что-то изменилось. Он проснулся от заливающего комнату яркого солнечного света. Впервые с его отъезда из Форле низкие облака расступились, обнажив по-зимнему ярко-синее небо. Юноша потянулся в кровати, с удивлением понимая, что спокойно проспал всю ночь и отлично выспался. Он поднялся на ноги, подошел к умывальному тазу и налил в него воды из стоявшего рядом кувшина. Из таза на него смотрело отражение изможденного человека с неровно отросшей, неухоженной бородой, которому на вид нельзя было дать меньше тридцати. Зрелище ужаснуло Рю, и он поспешил отыскать в сумке небольшую складную бритву. Без бороды стало еще хуже: взгляду открылись болезненно-острые углы скул и подбородка и впалые щеки. В животе характерно заурчало. Ему однозначно стоило больше есть.

— Кажется, тебе сегодня лучше. –  Тииль стоял у него за спиной и мягко улыбался.

Рю с удивлением понял, что дух прав. Что-то изменилось. Память о содеянном все еще была свежа, и стоило Рю только подумать об этом, как перед его мысленным взором вновь появились полные ужаса глаза мертвеца, но теперь ему вдруг стало небезразлично, как он выглядит, а яркие лучи солнца вызывали осторожную, негромкую, но все же радость.

— Да. Похоже, что так.

Прошло еще несколько дней, и состояние Рю, казалось, вернулось в норму. По крайней мере, он перестал являть собой жалкое зрелище и уже не пугался своего собственного отражения.

После очередного завтрака в общем зале трактира он хотел было вернуться в свою комнату, когда его окликнул хозяин заведения, до этого что-то колдовавший за стойкой:

— Эй, паря! Еще за неделю платить будешь?

— Да, конечно. –  Денег у Рю оставалось не очень много, но пару недель на постоялом дворе он еще мог себе позволить.

— Славно-славно. Ты в городе-то какими судьбами?

— Работу ищу.

— Это дело доброе, в Эрли всем найдется место, кто готов честно трудиться во имя господа нашего. А какую работу ты ищешь, сынок? Может, я чем подсобить смогу?

Рю замялся. За все недели, прошедшие с его отставки, он так и не смог ответить себе на вопрос, чем хотел бы и мог заниматься.