Лунный свет среди деревьев 1 - Екатерина Боброва Страница 77

Смешные! Знали бы они, что дракон никуда и не уходил…

Я поднялась на крыльцо, распахнула дверь. В лицо ударил запах нагретой за день пыли. Но плесенью не пахло. И это обнадеживало.

— Держи, – Вей сунул мне фонарь, и желтое пятно света заскакало по вытертым циновкам, по матово-серым от старой побелки стенам, с клочьями висевшей на них паутины.

Скромно, грязновато, но могло быть и хуже…

В центре главной комнаты расположился низкий столик, с потемневшими от времени и масла краями. У стены – лавка, накрытая старым пледом. У противоположной выстроились полки, на них глиняные горшки, пара скромных чашек, чайник, и веточка сушеной полыни – от сглаза.

Кан, устланный соломенным тюфяком, примыкал к задней стене.

Оставляя босые следы в пыли, я прошла в соседнюю комнату. Небольшую – фонарь выхватил ее целиком, зато с окном на реку. Здесь была кровать: низкая, с сиротливо-пустыми досками и сундук. Из приоткрытого на палку окна тянуло утренней свежестью. Я поежилась и торопливо его прикрыла.

Кухня была пристроена к задней стене – полуоткрытая, крытая камышом. Очаг с дымоходом, три камня под котел, сваленная кучей битая посуда, плетеные корзины.

Я вышла во двор, вернувшись по кругу. Через плетеную загородку виднелись остатки заброшенного огорода, стоял окруженный бамбуковой стеной туалет, а еще из дворика шел спуск к пристани.

Дом, как с гордостью поведал Вей, продавался с лодкой. Правда, он тут же посетовал, что барышне та вряд ли пригодится… Это же грести надо научиться, рыбу ловить…

Спорить я не стала, зная, как недоверчивы мужчины к женским талантам.

Постояла у калитки, переминаясь босыми ногами и вглядываясь в темноту.

Река здесь разливалась широко. Течение замедлялось. На противоположном берегу находилось поселение раза в три больше нашего: с лавками, мастерскими и ярмарками несколько раз в год.

Об этом мне поведал внезапно разговорившийся Вей.

С рассветом выяснилось, что дом нуждается в отмывке и легком ремонте, зато крыша не просвечивала, да и стены выглядели крепкими.

С реки тянуло стылым холодом, белым одеялом наползал туман. С улицы доносились голоса, блеяние скотины, а над водой звенела бодрая перекличка петухов. Деревня просыпалась…

Меня снова знобило, силы кончились, и Вей, неодобрительно глянув на трясущуюся в двух плащах меня, вышел со двора.

Через короткое время он вернулся, держа на палке трех связанных за лапы кур.

— Тебе восстанавливаться надо, – недовольно, словно я была виновата в полученной ране, пояснил Вей. – И чем быстрее забудешь о том, что ты барышня – тем лучше.

Пристроил палку с курами во дворе, отнес на кухню мешочек риса, с десяток плодов редьки, корзинку яиц, чеснок, имбирь и зеленый лук.

— Держи, – вытащил из подмышки пару плетенных из соломы сандалий. Задумчиво посмотрел на мои ноги, почему-то покраснел и, будто испугавшись чего-то, просто кинул их рядом.

Н-да… здоровенные такие сандалии…

— Веревкой подвяжешь, – предложил Вей. – Потом привезу что-нибудь подходящее. Воды я принес. Полную бочку натаскал. Дрова есть. На первое время хватит, но много не трать, – и он с сомнением глянул на меня, потом на печь.

— Разжечь хоть сможешь? – поинтересовался скорбно.

Я кивнула, потом замотала головой, и парень, тяжело вздохнув, полез искать огниво.