Альтернатива - Александр Журавский Страница 77

Здесь, за столиками «Лондонской», в ее коридорах и холлах, ежечасно ловились все новости и слухи, прилетавшие с фронта и из других местностей оставленного севера; здесь же создавались всевозможные проекты спасения и умиротворения России; высказывались негодования, произносились проклятия и… обретались надежды.

Владимир Маевский[55]

Украина, Одесса, гостиница «Лондонская», Приморский бульвар, 11,

2020 год

«Лондонская», – зачем-то вслух прочитал Нестор вывеску, прежде чем зайти в роскошное фойе отеля. Английский куратор вызвал к семнадцати часам.

Нестор прошел в лобби-бар, где Роберт, он же Саймон Клайв, в удовлетворенно-барственном настроении сидел в глубоком кресле и допивал свой послеобеденный чай. На серебряном подносе стоял серебряный сервиз, состоявший из чайника (в нем был заварен колониальный цейлонский чай), молочника и сахарницы, наполненной тростниковым сахаром. При въезде в гостиницу все это было истребовано англичанином в качестве необходимых атрибутов сервиса.

Клайв встретил собственного агента располагающей улыбкой и, не вставая, вальяжно указал молодому человеку на место напротив себя.

— Вы наверняка знаете, что в этой гостинице дважды останавливался знаменитый бельгийский мастер детективного жанра Жорж Сименон. – Находясь в благодушном настроении, Саймон часто обращался к Степану на «вы». – Его Мегре, конечно, уступает Шерлоку Холмсу, но по-своему мил и любопытен.

Подозванный кивком официант любезно налил горячего чая из серебряного чайника Клайву и Степану.

— Однако вы, Степан, даже не догадываетесь, что именно в этой гостинице русский националист и монархист, уроженец Киева Василий Шульгин, создав подпольную организацию, вербовал белых офицеров в Добровольческую армию Колчака, – восхищенно продолжил англичанин. – Шульгин нелегально работал здесь и при большевиках. В этом и есть смысл боевого служения – быть на виду, оставаясь невидимым. Тут нужен особый склад характера. Вам это должно быть близко и понятно.

Степан не очень понимал, для чего ему знать про какого-то русского монархиста и что ему должно быть близким, но предусмотрительно промолчал.

— Какая потрясающая личность и уникальная судьба. Вдумайтесь: ярый монархист, депутат трех созывов Государственной думы Российской империи принимает отречение из рук самого императора Николая Второго, между прочим, двоюродного брата нашего короля Георга Пятого. Позже Шульгин раскается в предательстве государя и, будучи деятельным активистом русской эмиграции, нелегально приедет в Советскую Россию для создания антисоветского подполья. Какая сила аристократического духа, какой авантюризм! Но, увы, операция «Трест» оказалась инспирированной провокацией ЧК. Это выяснится уже после того, как Шульгин вернется за границу и напишет пропагандистскую книгу, столь нужную Советам и Дзержинскому. Умный политик так до конца жизни и не поверит, что все «подпольщики», с кем он встречался в Советской России, были чекистами. Отдаю должное русской контрразведке.