Голос прибоя - Эмма Хамм Страница 78

Глаза Эйс наполнились слезами, и те покатились по щекам.

— Суша? – повторила она, и Макетес едва мог разобрать ее слова. – То есть там есть земля? Грязь? Растет зелень?

— Не знаю, растет ли там что-то. Бури многое отняли у твоего мира. – Он показал на набирающий силу шторм вдалеке. – Вот как вон та.

Гроза была просто огромная, как и обычно. Темно-фиолетовая и злющая, сверкающая молниями среди облаков. Она простиралась на многие километры, и ей не было конца.

Но грозовые тучи всегда держались вместе. У них было еще несколько часов, прежде чем буря дойдет сюда, а Макетес всегда хорошо чувствовал, когда гроза подбиралась слишком близко.

— О, – прошептала Эйс. – Значит, правду говорят.

— А что говорят?

— Что мы не можем жить на поверхности? – Она посмотрела на Макетеса снизу вверх своими грустными карими глазами. – На секунду я понадеялась, что ты мне показываешь: мол, мы можем жить здесь. Что бури, землетрясения и извержения – это все выдумки, чтобы заставить нас жить внизу. Когда я была маленькой, то мечтала, что здесь, под солнцем, еще живут люди. И что если я буду очень хорошо себя вести, то кто-нибудь разрешит мне подняться и жить среди них.

Это разбивало Макетесу сердце. Народу Воды не нужен был солнечный свет, в отличие от людей. Ему не нужен был воздух, ветер и все то, что могла дать им только земля. Океан был создан для него и его народа, а суша была создана для Эйс.

Как же Макетесу хотелось прижать ее к себе покрепче. Дать ей выплакать все дурное, что было в ее жизни, уткнувшись в крепкие мышцы его груди. Но он знал, что сейчас Эйс нужно совсем не это.

Не надо ей было сидеть в этих дурных эмоциях и печальных мыслях. Надо было согреться на солнце, испытать эти редкие моменты на полную, чтобы потом сложить их под сердцем и никогда не забывать.

Так что Макетес отпустил Эйс и подтолкнул вперед:

— Иди. Почувствуй солнце и все то, чего можешь больше не увидеть.

Посмотрев на него еще секунду, она сорвалась с места. Бегом через весь этот маленький островок. Там было мало места, но достаточно, чтобы пробежаться. Эйс скакала между камнями, ковырялась в прудиках с рачками и улитками. С победным видом подняла в руки краба, показывая Макетесу. Плескалась в теплой воде, утверждая, что та почти горячая.

Эйс наслаждалась солнцем, и Макетес поддерживал ее в каждой секунде этого детского любопытства. Всем найденным крабам он дал имена. Водой он плескал в нее в ответ. Даже кинул в Эйс горстью длинных водорослей.

Но до заката оставалось лишь несколько часов. Вскоре небо порозовело, и пришла пора прощаться с солнцем. К сожалению, и буря подобралась уже слишком близко.

Но Макетес не мог ее торопить. Только не сейчас, когда Эйс наконец-то спокойно уселась на теплые камни и смотрела на небо, разукрашенное целой радугой цветов.

Ее глаза блестели от непролитых слез, которые она то и дело отгоняла, чтобы посмотреть еще немного. Опустившись в воду, Макетес подплыл к ней и устроился между ее ногами.

Эйс на него даже не посмотрела, но он этого и не ждал.

— Нам скоро надо будет возвращаться, – сказал Макетес, сожалея, что ему приходится это даже произносить. – Прости.

— Не извиняйся. Ты подарил мне то, о чем нельзя даже мечтать. Здесь так красиво. Я знаю, что тут опасно жить, что даже сейчас мне в спину дышит буря, и все равно вижу лишь закат перед собой. – Эйс икнула, не то ахнув, не то всхлипнув. – Если бы не ты, я бы никогда этого не увидела.