Крепостная с секретом. Стиральный переворот - Александра Каплунова Страница 78

— Давай-ка, вот сюда, — кадку с простыней мокрой мы подставили под машинку. Я сложила ткань примерно пополам и заправила один край меж валиков, придавила дугой. — Вот так кладешь, а теперь…

Я крутанула ручку. Простыня поползла между валиками, а с другой стороны стала выходить заметно суше. Вода стекала обратно в лоток, а подсушенную часть Витка подхватывала. Мне подумалось, что надобно бы еще какую полочку приладить, чтобы тазик ставить, в коий отжатое будет складываться.

— Ишь ты! — воскликнула одна из прачек. — И правда отжимает!

Я усмехнулась. А то! И продолжила пропускать простыню, пока вся она не прошла через валики.

— Вот, — сообщила я не без гордости, протягивая, так сказать, готовый продукт, Матрене Кузьминичне. — Извольте пощупать.

Старшая взяла простыню, пощупала, в руках покрутила.

— Да-а-а, — неохотно протянула она, на меня взгляды задумчивые кидая, — и правда хорошо выжало. Руками бы так постараться пришлось. Но все равно на солнце вешать надобно.

— Конечно, — кивнула я. — Только теперь сушиться будет куда быстрее. Часа три-четыре и уж сухо будет. А как легко мы управились?

— И споро! — поддакнула Виталина. — Ой, а можно мне покрутить?

Я с готовностью уступила ей место.

— Глядите-ка, девоньки, — довольства у ней было не занимать. — Да тут и силы-то почти не надобно!

Постепенно и другие прачки стали подходить, пробовать. Кто-то еще ворчал, что лучше по старинке, стало быть, руками. Но большинство уже заинтересовались.

Даже Матрена опробовала.

— Ну, что я вам скажу, — подвела она после того, как сама пропустила через выжималку несчастную простыню. — Диковинка, конечно. Но рукам и впрямь легче. Тут только глядеть надо, чтоб ровно шло.

Я едва сдержала победную улыбку. Это была высшая похвала от смурной старшой!

Гаврила, видя, что его присутствие больше не требуется, откланялся. У него-то и своя работа имелась.

— Ну ладно, Дарена, — сказала Матрена, когда все прачки разошлись по своим местам и принялись за обычную работу. Меня даже по плечику похлопала. — Придумала ты штуку полезную, не спорю. Да только смотри, чтоб у барина из-за твоих выдумок беды не вышло.

Еще и пальцем погрозила назидательно.

— Какая ж беда от выжималки? — я поглядела на машинку. Теперь ей пользоваться станут, а ежели одной не хватит, так мы и вторую поставим.

— Да не от выжималки, — Матрена рукой махнула. — А от мельницы. Говорят, ты теперь за мельницу взялась.

Вот те раз! Все уже знают. Хотя разве ж в селе чего утаишь? На одном краю кто чего шепнет, на другом уже через минутку о том вслух говорить станут.

— Барин велел помочь, — я не стала отпираться. Вроде ж не секрет, так уж ладно. — Там дерево упало, все поломало.

— Помогать барину — дело правое, — согласилась Матрена, покивала. И словно бы иначе на меня поглядывать стала. Прежде-то строго и этак свысока даже, а теперь словно спеси в мою сторону поубавилось. — Да только не вздумай еще чего мудреного выдумывать. Мельница — дело серьезное. Испортишь — отвечать придется.

Нет, ну похоже сговорились они с Гаврилой! Что ж меня все обвинить пытаются, что я чего-то попортить собираюсь? Хорошо хоть здесь в шпионки не записывают.

— Да уж не испорчу, — заверила я ее. — Мы с Гаврилой все как следует сделаем.

— Ну-ну, — Матрена Кузьминична еще раз окинула взглядом выжималку. — Ладно, ступай к своей работе. А я на эту машину приглядывать буду. Мало ли, что с ней станется.